Гротеск

Под конец дошло до выборов жены.

— Кого бы вы взяли в жены? — заорал ведущий. Единогласно сошлись на тихой и застенчивой ассистентке.

— Нет, вы только посмотрите! — обернулась ко мне выпускница Тодая, ожидая поддержки.

Я не ответила. Меня словно вдавило в подушку, на которой я сидела как оглушенная. Мечты, иллюзии рассыпались. Люди, которые на работе выглядели хорошими специалистами, тупо напивались и несли полную чепуху.

— Ого! У нас еще резерв есть! — Один парень, которого приняли вместе с нами, ткнул пальцем в нашу сторону.

Члены «избирательной комиссии» нелепо замахали руками в показном испуге:

— Нет, Ямамото-сан очень умная. Куда нам до нее!

И покатились со смеху. Ямамото относилась к типу красивых женщин, к которым не знаешь как подступиться. Обведя компанию холодным взглядом, она лишь пожала плечами.

— А Сато-сан? — предложил один новичок, обращаясь к побагровевшему от выпитого мужику из исследовательского отдела.

— Ты с Сато-сан поосторожней. Она не просто так к нам попала.

Я считала, что меня взяли на работу из-за личных качеств — способностей, усидчивости. Но другие, как выяснилось, думали иначе. Так я впервые в жизни поняла, что рассчитывать на признание не приходится.

3

Я хочу победить. Хочу победить. Хочу победить.

Я хочу быть первой. Хочу, чтобы меня уважали.

Я хочу, чтобы меня все замечали.

Я хочу, чтобы обо мне сказали: «Сато-сан — прекрасный работник. Как хорошо, что мы ее взяли».

Но даже если бы я добилась своего, стала лучшей, — какой толк от производственных показателей? Кто их видит? Мою работу трудно измерить.

Первым делом я задвинула Ямамото. Итак, университетских было семеро из ста семидесяти новичков. Нас в шутку называли «великолепной семеркой», и мы все время находились в центре внимания.

Все в фирме смотрели на нас. Меня чужие взгляды вдохновляли. Однако было ясно, что главный центр притяжения — Ямамото со своим самым престижным университетом. Образец отличницы, красавица, короче — лучше некуда.