Гром. Тишина твоей измены

Ну, заходи, — она повернулась и прошла внутрь темного коридора.

Я заколебалась. В квартире было темно. Не видно вообще ничего.

А вдруг там кто-то есть помимо этой загадочной хозяйки? Да и хозяйка ли она вообще?

Голос вроде бы тот же, но… Мало ли.

Я нахмурилась. Даже нос сморщила.

Ну что я за трусиха такая?

Все равно, не сюда, так в другое место — отныне я буду везде ходить одна. Никто мне помогать не будет, сопровождать тоже.

Я решительно шагнула через порог.

— Дверь захлопни, — донесся до меня голос тетки.

Я послушно захлопнула.

Хотя, нет.

Было мгновение, когда рука дрогнула. Оставить открытой? Чтобы если что, сразу убежать?

Да что ж такое.

Я потерла лоб ладошкой. Саша, тебе же не двадцать лет уже, чтобы бояться всех и вся. Теперь ты сама несешь за себя ответственность. Родители умерли, а последний родной человек, муж, тебя предал.

Привыкай жить самостоятельно.

Выставив руки вперед, я почти наощупь пошла на голос. Неужели так сложно свет включить?

— А почему у вас так темно? — я вошла на обшарпанную кухню, где хотя бы из окна лился солнечный свет.

— Так лампочка как перегорела в прихожей, так вкрутить и некому, — равнодушно сказала хозяйка.

Она сидела на табуретке и спокойно курила. На столе перед ней стояла консервная банка, предназначенная для складывания окурков.

Я огляделась.

Мда уж.

Обычная металлическая эмалированная раковина. Я такие только в общежитии университета последний раз видела, если честно.

Серая тумба. Она же шкафчик, она же разделочный стол. Роль фартука на стене выполняли пластиковые панели. Они же были и над газовой плитой.

Пожарная безопасность на уровне, конечно.

Обеденный стол, за которым сидела тетка, тоже был грязным. Каким-то засаленным. Словно его помыли, но при этом тряпка была еще грязнее, чем он сам.

И над всем этим — светло-зеленые обои в веселенький рыженький цветочек.

Мне стало плохо.

А что же в комнате тогда? Мне уже тошно от увиденного.

Видимо, все мои мысли отразились на моем лице, потому что хозяйка хмыкнула. Затушила сигарету в банке-пепельнице.

— Что? Не нравится? Так цена соответствует.

— Сколько вы просите?

Зачем я спросила?

Сколько бы ни стоила эта квартира, как в ней можно жить? Тут, наверное, еще и тараканы имеются.

Да тут уборки на неделю! И мыть все надо хлоркой!

— Пятнадцать тысяч.

— Сколько?! — я даже воздухом подавилась.