Двойник Короля 9

Топоров замер. Его лицо исказилось: желваки ходили под кожей, зубы скрипели. Он буравил меня взглядом, полным ярости.

— Твои люди были обязаны увидеть приближение врага! — сменил тактику полковник. — Подать сигнал! Отбить! Вы, мать вашу, солдаты русской империи!

— Именно так они и поступили, — парировал я. — Итог? Почти никто не пострадал,, даже строение цело. Вылазка врага провалилась. Я жив, мои люди — тоже, элитный отряд в действии. Вот, что узнали турки, и это ещё раз их убедило в моей легенде.

— Ты ещё и хвастаешься? — выдохнул Топоров.

— Ни в коем случае, — чуть склонил голову в притворном смирении.

— У тебя погиб лейтенант! — схватил меня за грудки полковник. — Граф! Ты это понимаешь? Не в бою, а, сука, в казарме, так ещё в твоём кабинете!"

"Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я чувствовал исходящий от мужика жар, видел каждую красную прожилку в налитых кровью глазах. Но страх не накатывал. То ли потому, что я уже на это насмотрелся в прошлой жизни, то ли ярость полковника была слишком показной, слишком театральной.

— Более чем, — согласился, не пытаясь освободиться от его хватки. — Я минимизировал последствия, как мог. Пострадал сам, чтобы спасти остальных.

— Уже поднялся вой среди земельных, — Топоров наконец отпустил меня, отступив на шаг. — Мало того, что сделал его почему-то обычным рядовым. Графа? Мага? Ты что, совсем больной сопляк? Решил причиндалами помериться? Так ещё и использовал для этого своё звание.

— Борис Иванович, — встал, разглаживая помятый обгоревший китель.

Я заметил, как напряглись руки полковника. Он резко опустил их на стол, и раздался оглушительный треск. Стол раскололся пополам, будто был из картона, а не из дерева.

— Магинский, ты хочешь, чтобы я с тобой по-плохому? — полковник поднял на меня полные ярости глаза.

— А основания для этого какие? — спокойно поинтересовался, чуть прищурившись.

Было любопытно, на что он пытается надавить.

— Что в твоём кабинете делал Рязанов? — неожиданно сменил тему Топоров.

Вот оно! Настоящий вопрос, который волновал полковника. Он пытался скрыть свой интерес за гневом.

— Мы общались, — пожал плечами.