Двойник Короля 9

Не зря ваша фамилия постоянно мелькает в отчётах. Ступайте, а я подумаю. Сегодня получите ответ, отправляетесь ли вы домой или же ваше предложение будет принято. И, если второе… Можете рассчитывать на мою поддержку и благодарность.

Я коротко кивнул. «Ступайте» прозвучало как приказ, поэтому решил не испытывать судьбу лишними словами. Интуиция подсказывала, что моё дело сделано: идея запала генералу в душу. Теперь он обдумает все детали, взвесит риски и выгоду. И решение, уверен, будет в мою пользу."

"Полковник повёл меня обратно.

Этот Борис молчал, его плечи были напряжены, а походка стала резче. Я тоже молчал, ведь лишние слова могли только испортить сложившееся впечатление.

Мы поднялись выше и вот уже оказались в шатре. Военный вывел меня на улицу и, не сказав ни слова, удалился, бросив последний, полный подозрения взгляд.

* * *Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в оранжево-красные тона. Вдалеке всё ещё слышались редкие артиллерийские залпы — да уж, война не спит никогда…

Майор Сосулькин нашёл меня почти сразу.

Он стоял возле большой палатки с зелёным крестом — видимо, полевого госпиталя. Заметив, сделал несколько шагов навстречу. Его движения оказались отрывистыми, нервными.

— Ну что? — тут же обратился ко мне майор. — Как всё прошло?

Его глаза буквально прожигали огнём. От нетерпения он то и дело приподнимался на цыпочки, словно это могло как-то ускорить мой ответ.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Даже лучше, чем могло быть.

Сосулька нахмурился, он явно ожидал больше информации.

Правый уголок его рта непроизвольно дёрнулся. И офицер принялся вертеть в руках какую-то бумажку, сворачивая и разворачивая её.

— О чём ты? — уставился на меня Сосулькин. — Тебе что-то предложили?

— Простите, Эдуард Антонович, не могу сказать. Государственная тайна, — пожал плечами, чем ещё сильнее заинтриговал мужика.

Сосулька напрягся, его глаза на мгновение сузились. Я видел, как он сдерживается, чтобы не схватить меня за грудки и не вытрясти всю информацию. Но вместо этого офицер только сжал челюсти.

— Ладно, — процедил майор. — Но учти, Магинский, я узнаю рано или поздно. И если ты что-то затеваешь за моей спиной… Игры со мной тебя приведут только к одному концу — к…

Он не закончил фразу, но угроза была ясна. Я только кивнул, продолжая улыбаться. Улыбка была тем инструментом, который лучше всего выводит из себя таких людей, как Сосулькин.

— Куда идём? — спросил я, меняя тему.

— К твоим, — буркнул майор и двинулся вперёд.