Гром Раскатного. Том 5

В целом, я понимал, почему она «тупила». Хотя по логике и по протоколу должна была действовать незамедлительно.

На одной чаше весов стояли жизни невинных. Ну, или частично невинных. А вот на другой — её люди. Если их бросить на подмогу прямо сейчас, это было бы равносильно потере огневых точек. А спускать с «поводка» молнии было нельзя, как и тварей, которые выпрыгивали из образовавшихся Котлов.

Ну а я помог ей с выбором. Еле-еле коснулся плеча и заговорил:

— Госпожа лейтенант, если побежать к ним и попытаться спасти, то, — я специально выждал паузу.

— То мы подвергнем риску не только себя, но и товарищей, которые сейчас удерживают позиции.

— Я и сама это понимаю, — глухо ответила она, не отворачиваясь от бойни. — Но… так, ладно, — она резко обернулась к Устранителям. Твёрдо и чётко, с уверенностью, приказала: — Отставить помощь. Держим позиции!

— Но там же люди, — ляпнул кто-то из бойцов. — Живые люди!

— А здесь мы сдерживаем натиск тварей, — сухо отрезала она. — Объявлен режим чрезвычайной ситуации.

Сюда — запрещено приближаться гражданским, а раз, как утверждают Георгий и Егор, — это сектанты, то это их проблемы. Они знали, на что шли и понимали, какие есть риски.

Бойцы, конечно же, молча покивали, принимая её решение. Но я заметил недружественный блеск в глазах одной парочки Устранителей. Они коротко перешептывались друг с другом, но покидать свои позиции не стали. Тамара же, хоть и держалась внешне спокойной, всё равно с болью в глазах смотрела на то, как медвежуть и угорь устраивают пиршество.

«Не зря ты лейтенантом стала, Тамара, — я одобряюще похлопал её по плечу и кивнул, принимая её выбор. — Такие решения крайне тяжелые и дают по психике. Но я был уверен, что ты поймешь всё правильно. Хоть и мне это на руку.»

Её выбор суров, но оправдан. Спасение тех людей только бы поставило под угрозу всю операцию.

Никита Олегович Казящий.

Даже в полумраке комнаты помощник главы рода понимал и видел, что Никита Олегович раздражен.

Как… как бык, перед которым какой-то кретин трясет красной тряпкой, думая, что красный цвет привлекает быка. Все это время, пока помощник — Альберт Вишневский, вассал рода Казящих, смотрел на своего господина, тот не отнимал трубку от лица. Слушал и мрачно кивал. Наконец, спустя полчаса монолога его собеседника, Никита Олегович заговорил. Холодно и недовольно.

— Это всё занимательно, особенно про булыжники в почках, — Никита аж недовольно почесал нос.