Гром Раскатного. Том 4

— Слушай, Вань, сделай доброе дело, а, постой сегодня в зале, как охрана.

— Зачем?"

"— Ну вот один недовольный приперся, который сложил карты, звезды там, помолился и решил, что виноват я. Но ведь и другие могут появиться. А ты мужик рослый, плечистый. Если кто-то зайдет, то первым делом подумает, а вывезет ли он срач, за которым пришел.

Электромонтер подумал, конечно, но отказывать мне не стал.

Когда вернулся Илья, он тоже получил персональное задание. Держать руку на пульсе с «Антивирусом Паперского».

Что-то мне подсказывало, что мы в скором времени увидимся и…

— Руку на пульсе, — пробормотал Илья. — О, точно шеф, знаешь что вспомнил? — он виновато почесал затылок. — Я вчера рассказать хотел, да совсем позабыл с этой грозой.

— Выкладывай.

— Связывались со мной вчера, как раз из этой конторы. Пытались у меня код купить, ну… точнее, хотели, чтобы я его слил и они расшифровали твою программу.

— Суки, — протянул я. — Ко мне же приходил один, деньги предлагал. Видимо, понял, что нужно попытаться подойти к делу с другой стороны.

Чтобы обезопасить заведение, мы на пару с Ильей прокатились до магазинчика, который сегодня функционировал. Точнее, который не пострадал от мегагрозы.

Я прикупил парочку новых ламп с кучей электроники, пару плат и модулей. Затем всё это установил в компьютерном клубе, ибо если тот «покупатель» заявится и начнет качать права — защита его вырубит.

Что-то много я сегодня про звезды думаю.

И те самые звезды сошлись так, как было нужно мне. Когда я закончил с небольшой модернизацией систем защиты «Пиксельного Бункера», мне позвонил Семён Семёнович Распутин. Назвал место и время, где будет проходить встреча с дворянами по поводу Пуришкевичей.

Я вызвал такси, заехал в небольшой бутик, где переоделся в что-то более строгое, а затем приехал в ресторан «Персидский Царь».

Когда я вышел из машины, в нос тут же ударил потрясающий запах свежей выпечки. Причем не из ресторана, а из магазинчика в соседнем здании. Я повернул голову на запах и стал свидетелем не очень хорошей картины. Прямо над козырьком магазина провис провод. Оторванный.