Грязная сказка

И мурлыкал что-то там ей на ушко, пока Таня их слышала.

Он очаровывал, влюблял, покорял. Он ни одну не прошёл мимо.

Потрясённая Леночка, павшая жертвой его обаяния одной из первых, взахлёб рассказывала в курилке как он был хорош, как у неё тряслись после него коленки и сколько оргазмов она получила, словно она не удовольствие испытывала, а нахваталась от него вшей.

— Клянусь, если он мне предложит, я соглашусь, — завидовала ей Марина. — И плевать на мужа. Разве можно такую возможность упускать!

— Ты знаешь, а он ведь и не предлагал, — взволнованным шёпотом докладывала Леночка.

— Реально? — хором спросило несколько голосов.

— Зуб даю!

Таня приходила в курилку послушать эти разговоры как заядлая мазохистка. Но едва она появлялась в клубах дыма, они стихали. Её записали в лесбиянки исходя только из того, что её единственную Назаров обходил своим вниманием. «А может брезгует, что она раньше проституткой работала?» — предположила как-то Марина. А то что сами они становились в очередь в его постель друг за другом, имея на ладошках трёхзначные номера, не брезгуя, как-то даже не бралось в расчёт.

"Тане было всё равно. Она одинаково со всеми не дружила. Она знала, что всё что Назаров хотел, он уже узнал и о ней, и о всех предприятиях Савойского. И хоть за три недели практически ничего не изменилось, Назаров всё же дрогнул.

Целую неделю он сидел в машине и ждал её с работы. Целую неделю она выносила и ставила ему на капот корзину с цветами, что дожидалась её перед входной дверью.

— Отлично выглядишь, — он флегматично перебирал лепестки, подпирая стену в своём дорогущем костюме. — Татуировок всё больше, юбки всё короче, каблуки всё выше.

— Денег всё больше, костюмы всё дороже, машины всё круче. Ты тоже ничего.

— Поговорим? — поднял он на неё глаза.

— О чём?

— За жизнь.

— Валяй! — она встала с другой стороны от двери, скрестив на груди руки.

— Я думал, мы зайдём.

— Нет.

— Вижу, квартиру ты всё же отсудила?

— О, да! Повезло с адвокатом.

Она усмехнулась, вспоминая какую сумму сверху к деньгам Влада ещё запросила эта сволочь, и сколько раз он приходил потрахивать её, когда ему вздумается. Но, главное, квартира теперь Танина, а остальное неважно.

— Так и знал, что ты останешься с Кайратом, — и по его тону, и по презрительно искривившимся губам сложилось впечатление, что именно это он и пришёл ей сказать.