Грязная сказка

Такая плитка красовалась и на борту большой керамической ванны, широкой, местами выщербленной и шершавой из-за стёршейся за годы пользования эмали.

Таня смотрела как упругая струя воды из медного и давно не чищенного, а потому тусклого крана, взбивала пышную пену и радовалась, что воду до сих пор не отключили.

— Смотри, что я нашёл, — зашёл Влад с двумя фужерами из помутневшего от времени стекла.

В другой руке у него была бутылка шампанского, которую они принесли с собой.

Он поцеловал её в шею, и мурашки опять побежали у неё по всему телу от его нежного касания.

Влад весь вечер её целовал. Каждый удобный и неудобный момент, едва оказывался от неё на расстоянии протянутой руки, непременно протягивал эту руку и прикасался губами. К мочке уха, к виску, к плечу, к оголённому запястью, к каждому позвонку, что выступали на её длинной шее. И каждый раз её пронзало током от этого невинного прикосновения.

— Ты же пригласишь меня с собой?

— Потрёшь мне спинку?

— Обязательно.

Этот вечер был таким долгим.

Они смотрели мультфильм про зелёного огра, приехавшего в гости к родителям жены и смеялись в переполненном зале кинотеатра как дети.

Они сидели в кафе на набережной и слушали духовой оркестр, игравший старинные вальсы. А потом кружились под один из них, из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь», среди осторожно переступающих пожилых пар.

Они катались по вечернему городу в его машине просто так. Просто потому, что им было весело и легко. Просто потому что в городе стояло лето, а они молоды, самоуверенны и им отчаянно хорошо вместе.

— Скажи, а почему ты уехала из Франции? — Влад сделал глоток и донышко его фужера погрузилось в пушистую пену.

— Это неинтересная история, — откинулась на бортик ванны Таня, чувствуя, как под волосами потёк к затылку пот.

— Могла бы учиться в Сорбонне, а не в этом паршивом ВУЗе.

— В этом паршивом ВУЗе моя бабушка преподавала французскую литературу, так что прошу не обобщать.

— Поэтому ты приехала поступать сюда?

— Конечно, нет, — подняла она голову и взяла с бортика свой фужер.

— Ты заболела?

— Я вижу, ты не отвяжешься, да? — улыбнулась она и сделала глоток.

— Наверно, отвяжусь, — он достал бутылку и подлил ей, — но только когда ты расскажешь.

— Меня изнасиловали. Жестоко. Несколько арабских парней из нашего колледжа.

Она смотрела как он воспримет эту новость.