Грешник. Моя навеки

— Выпей еще воды, пока она не вернулась, — просит меня Аня, накрывая мою ладонь своей. Она тоже сглатывает, аж несколько раз.

Молчать, когда наружу просятся все нецензурные слова, которые я знаю, очень сложно. Но я прикусываю язык, затыкаю себе рот, ссылаясь на то, что сейчас не место и не время для наших споров. Есть проблемы покруче.

В памяти свежи грязные поступки Ани и Аллы. А также их слова, которые до сих пор звенят в ушах. В тот день, когда Рамиль обвинил их во всем и сказал, что в курсе их выкрутасов, Аня даже не стала ничего отрицать.

Поэтому я не могу никак поверить в ее искренность и в то, что она действительно пожалела и сейчас пытается исправиться.

Схватив бутылку, я вытаскиваю ее из-под сиденья и пью оставшуюся в ней воду до дна."

"— Мне нужен телефон, — буквально выдавливаю из себя, потому что желание вести с ней диалог равно нулю. — Хочу с Рамилем поговорить.

— Мне тоже нужен, Лера. И как только появится шанс выйти на связь с братом, я выйду. Сообщу, где тебя искать. Сейчас главное, чтобы тебя посчитали больной на всю голову бабой, которая никому не нужна.

Впрочем, ты и так бледная как полотно, но все такая же красивая, как всегда. И это очень плохо. Это гнездо, — кивает она в сторону, куда ушла Мила, — чокнутых. Правда, они тебя не тронут. То есть серьезного ничего не сделают. Лишь лапать могут, — кривит она рот. — Потерпи чуточку. Мы обязательно найдем выход из этой ситуации. Нам просто нужно довериться и держаться друг за друга. Вдвоем мы хоть что-то значим...

Она все шепчет и шепчет.

.. А мой мозг отказывается соображать. Ну честно, будто я вижу сейчас кошмарный сон. Черт! Ну что значит лапать будут? Что значит вести себя как больная?

Рамиль, где ты? Пожалуйста, найди меня скорее и вытащи из этого дерьма.

Грудную клетку в очередной раз обжигает болью. Я не вижу перед собой ничего, поскольку глаза застилают слезы. Врезать Ане хочется хлесткую пощечину, но в то же время она — моя уверенность. Не знаю, как бы я себя вела, не будь она рядом.

Тяжело сглотнув несколько раз, я осматриваюсь по сторонам.

Позади Ани, буквально в пяти метрах, стоит мужчина и наблюдает за нами. Я моментально опускаю взгляд и, взяв себя в руки, смотрю на сестру мужа, плотно поджав губы.

Она хмурится, вопросительно выгибает бровь. Хочет обернуться, но я ловлю ее за руку и взглядом даю понять, чтобы не делала этого.

Откуда-то доносятся мужские голоса. Анна резко встает, бросает в мой адрес ругательства. Да так громко, чтобы все услышали.