Грешная и святая

Она соскользнула с постели и взяла у него пузырек.

– Ложись, мой султан.

Он откинул одеяла, но затем остановился и посмотрел на нее.

– Когда мужчина хочет женщину, его пенис увеличивается и становится твердым. Чтобы он мог войти в нее. Это приятно, но также похоже на боль. В этом состоянии трудно себя контролировать. Идеальное удовольствие приносит тело женщины, даже прикосновение руки. – Его губы дрогнули. – Иногда это называется «встреча с госпожой Ладонью и ее пятью дочками».

Крессида закусила губу, но не выдержала и засмеялась.

– Спасибо за урок.

Его улыбка была нежной.

Она вспомнила о том, что видела на оргии.

– А рот женщины тоже может доставить удовольствие?

Он вздрогнул.

– И рот."

"Трис лег на простыни, положив руки под голову.

В руках у Крессиды было масло, и она больше всего хотела сделать ему подарок такой же прекрасный, как и тот, что он сделал ей.

Она вытащила стеклянную пробку из пузырька и понюхала. Нежный запах, но это не его любимое сандаловое дерево.

– Что это? – спросила она, налив немного масла на ладонь.

– Разные восточные пряности.

– С возбуждающим эффектом?

Трис улыбнулся.

Крессида отставила пузырек в сторону, потерла ладони друг о дружку, затем поднесла их к носу. Запах не свел ее с ума от вожделения в одну минуту, но сладким облаком закружился в ее голове.

Девушка забралась на кровать и начала гладить руками спину Триса. Она собиралась доставить ему удовольствие, но и сама получала наслаждение от прикосновения к соблазнительным изгибам и впадинам его тела.

Крессида закрыла глаза и отдалась ощущениям, чувствуя упругость его мышц. Она массировала то сильнее, то нежнее.

Девушка посмотрела на него. Глаза закрыты, лицо расслаблено – именно таким счастливым она и хотела его видеть.

– Напиши свое имя у меня на спине.

– Как?

– Ногтем. Нежно.

Она начала с поясницы и стала писать снизу вверх – Крессида. Вдоль позвоночника она начертила Элизабет, затем – Мэндевилл.

Он двигался под ее руками, потягивался, как кот.

– Это так чудесно? – спросила она.

– Позже я покажу тебе.

Крессида взяла пузырек и снова намазала руки. Неуловимый аромат окружал ее – она почувствовала, как надвигаются слезы, поборола их.

– Как я еще могу порадовать тебя, Трис?

– Еще осталась кожа, не намазанная маслом.

Его длинные, сильные ноги.

Она подвинулась ближе к его лодыжкам и помассировала их, затем бедра, закусив губу, несмело провела рукой по ягодицам.

Он напрягся под ее руками, и она остановилась.

– Тебе больно?

Он рассмеялся.