Грешная и святая

– Трис – это имя простого человека. Я не могу так назвать герцога.

– Даже сейчас? Сегодня здесь будут Трис и Крессида. Горячие, обнаженные, страстные. Сегодня ты станешь совсем иным человеком. Вот о чем мы говорим сейчас, Крессида. Ты хочешь этого?

Девушка уставилась на него.

– Трис! Ты сам знаешь! Как я могу отказаться от тебя? Да, я хочу этого… Трис!

Он сжал ее в объятиях.

– Разве ты не знаешь, что непорочные девы Мэтлока возмутились бы при этих словах?

– Они боятся греха?

– Или страсти, любви, наготы.

Крессида уже чувствовала себя страстной и любящей.

– Возможно, я смелее их, потому что я побывала в аду?

– Возможно… – Он начал гладить ее спину.

– Я тоже хочу доставить тебе удовольствие.

– Ты сможешь это сделать.

– Я хочу сделать то, что нравится тебе. Я хочу… Но не умею…

Трис наклонил к ней голову и коснулся губами ее губ.

– Мы выполнили свой долг. Мы пытались быть благоразумными. Теперь хватит разговоров, мы можем просто чувствовать друг друга…

Он взял ее руки и прижал их к своей груди, затем подвел к пуговицам.

– Любовь моя, если ты хочешь что-нибудь сделать для меня, расстегни их.

Раздеть его…

– О да!

Крессида начала расстегивать пуговицы одну за другой, чувствуя его жар, его пряный аромат, его участившееся дыхание. Она расстегнула все пуговицы, распахнула куртку, затем стащила ее, открыв его белую шелковую рубашку.

Девушка взглянула на него, ожидая дальнейших указаний. Он расслабился, был почти неподвижен, позволяя ей делать все, что она хочет.

– Ты слишком хорошо знаешь меня, – прошептала она, вытаскивая рубашку из его штанов.

– Продолжай. Я подхвачу тебя, если станешь падать.

Он в самом деле хорошо знал ее. Нет, он хорошо знал женщин. Он умел увести за собой в жаркие джунгли необузданных страстей.

Она, наверное, должна была расстегнуть манжеты и снять с него рубашку, но она хотела исследовать его на ощупь. Крессида закрыла глаза и позволила пальцам гулять свободно по его телу, ладоням – гладить и ощущать упругую кожу.

Девушка вдыхала его запах, слышала его прерывистое дыхание и шорох шелка.

Она подняла рубашку вверх и прижалась к Трису губами, затем коснулась его языком, чтобы попробовать на вкус…

Его руки легко коснулись ее плеч, запутались в волосах. Крессида обняла его, чтобы пробежать пальцами по чудесной ложбинке его позвоночника. Она никогда не видела его спину.