Грешная и святая

У нее хватило сил не смотреть в зеркало на то, как он расчесывает и заплетает ей волосы. Кто бы мог подумать, что прикосновение мужских рук к ее волосам может свести с ума?

Ей всегда нравилось, когда ей расчесывали и укладывали волосы. Она чувствовала себя как кошка, которую гладят. Но не сейчас. Не когда это делает он.

Трис заплел ее волосы так, чтобы они лежали у нее на спине. Крессида взяла шпильки, подняла косу и уложила ее на затылке.

– Выглядит не очень хорошо, – сказал он.

Девушка встала.

– Под шляпкой будет незаметно.

Он не понял намека, а у нее не было смелости приказать ему выйти: Крессида не хотела, чтобы он видел, как она надевает накладные локоны.

Девушка надела кружевную шляпку, заколола локоны, глядя на себя в зеркало. Блестящие кудри значительно изменили ее облик. С ними даже ее щеки казались более круглыми.

– Это нелепо.

– Это модно, а значит, имеет право на существование.

– Если тебе нравятся локоны, тогда подстриги свои волосы и завивай их.

– Я не хочу стричься.

– Тогда имей смелость постоять за свои убеждения!

Она вынула шелковый чепец из коробки и повернулась к нему.

– Я думаю, сэр, что в Лондоне мне лучше носить эти локоны – иначе кто-нибудь узнает во мне наложницу Сент-Рейвена!

Он вздрогнул, затем провел по лицу рукой.

– Ты права. Прости. Просто знай – тебе не нужны локоны, чтобы быть красивой.

Ее сердце замерло.

– Я никогда не думала об этом. Я ношу их только потому, что они в моде, а мой отец очень хотел, чтобы я модно выглядела.

У нее на глаза навернулись .слезы, а ведь ей до сих пор удавалось сдерживаться. Она повернулась к зеркалу. Шляпа была высокой, с широкими полями, ее удерживали бледно-голубые ленты, которые подходили к бледно-синей оторочке платья. Крессида завязала ленты в один большой узел сбоку – по требованию моды.

Девушка вернулась к саквояжу и достала расшитый короткий шерстяной жакет, дополнявший ее костюм. Затем она убрала в саквояж ночную рубашку. В последнюю минуту она вспомнила о ботинках и вытащила коробку со дна.

Девушка села, чтобы надеть их, но Трис встал на одно колено перед ней.

– Позволь мне.

Она не собиралась драться с ним из-за этого и поэтому позволила надеть ей ботинки из козловой кожи и завязать голубые ленты на лодыжках.

Ноги. Еще одна чувствительная точка, как они обнаружили вчера ночью.

– Как жаль, что я никогда не смогу рассказать внукам, что когда-то герцог Сент-Рейвен стоял передо мной на коленях.