Греховный поцелуй

В ее объяснениях не было смысла.

— Куда все-таки Рейчел бросила твою куклу?

— За картину.

− За… О!

Он совсем забыл о том, что в комнате для занятий была дверь в детскую. И за неделю до этого ужасного приема в его доме ни он, ни его слуги не сочли нужным посетить детскую или даже гостевые спальни.

— Где Рейчел? — послышался слабый голосок Ребекки.

— В коридоре с мисс Пембертон.

— Почему?

Ах! Разве ему не хотелось бы самому знать, какова во всем этом роль мисс Пембертон?

Когда он и Ребекка вышли из потайного хода, мисс Пембертон уже не лежала на полу.

— Где Рейчел? — спросил он.

Мисс Пембертон открыла глаза.

— В детской, — ответила она, глядя на него сквозь полуоткрытые веки, и вид у нее был такой, будто слабый свет обжигал ее глаза не хуже полуденного солнца.

Гэвин повел Ребекку в детскую. Как только дверь закрылась, Ребекка выдернула пальчики из его руки и бросилась через комнату к плачущей матери.

— Рейчел сломала мою куклу, — закричала Ребекка, бросаясь в раскрытые объятия Роуз.

— Я этого не делала, — завопила Рейчел, сидевшая у ног Роуз.

— Боюсь, что это моя вина, — сказал Гэвин. — Я куплю ей новую.

Роуз отвела глаза.

— Дело не в кукле, — вмешалась Нэнси. — Она бросила взгляд на мать, на девочек и наконец на Гэвина. — Дело во всем остальном.

— Она имеет в виду папу, — сказала Джейн, сидевшая на одном из маленьких стульчиков близняшек.

Каким бы непорядочным ни был Хедерингтон, для девочек он оставался отцом.

И потому Гэвин серьезно кивнул и сказал:

— Я очень сожалею о вашей потере.

Роуз резко вскинула голову и посмотрела на него сузившимися глазами. На лбу ее обозначились морщины, но она ничего не сказала.

Что означало выражение лица Роуз? Сочла ли она его неискренним? На самом деле он не был склонен оплакивать кончину Хедерингтона. Но он не мог не сожалеть, что девочки потеряли отца.

Что прочла Роуз на его лице? Неужели она заподозрила его в том, что он подстроил это несчастье? Если это было так, то такое подозрение пробивало брешь в предположении мисс Пембертон, что сама Роуз могла поспособствовать смерти мужа. Но в таком случае во всем, что делала мисс Пембертон, было много необъяснимого.

— Мне жаль, — снова повторил Гэвин, когда, как казалось, ни у кого не осталось желания говорить.