Дважды одаренный

Трибуны взорвались овациями, довольные увиденным шоу — большинство гостей здесь сегодня в качестве зрителей, и просто пришли насладиться красивыми поединками.

— Лучше, чем я думала, — напряжённо прошептала сидевшая рядом со мной графиня Самоцветова, не отводя взгляда от бойца своих соперников по пари. — Довольно быстро создаёт заклинания даже с ограничениями Источника.

— Да, неплох, — не стал спорить я, откинувшись на спинку мягкого кресла.

Какой же кайф сидеть в таком удобном кресле! Спина отдыхает и расслабляется! Что ещё нужно для счастья? Моё юное тело порой ноет от тренировок и перегрузок, и сейчас оно очень благодарно мне и графам Голицыным за возможность растечься на таком мягком кресле.

— Ты, что ли, совсем не волнуешься перед боем? — повернувшись ко мне, осведомилось Айседора Ивановна.

— А чем мне это поможет? — хмыкнул я. — Мои деньги на меня поставили?

— Да, — кивнула графиня. — Мне уже отчитались — девяносто процентов твоего аванса, как ты и просил.

— Ну вот и всё, — пожал я плечами и расплылся в улыбке, увидев, как к нам на трибуну поднимается мужчина в чёрном костюме.

Мужчина ожидаемо дошёл до наших мест и вежливо сообщил, что вскоре состоится бой «Александра Звёздного».

— Ну, сударыни, я пошёл, — легко сказал я графине и её камеристке. Обычно невозмутимая Марфа сейчас смотрела на меня, поджав губы, а её госпожа выглядела напряжённой.

Но, поймав мой уверенный взгляд, Айседора Ивановна улыбнулась и, кивнув, бодро произнесла:

— Вперёд, мальчик! Принеси мне победу!

Я не стал ей говорить, что победу я принесу в первую очередь себе.

До моего выхода на арене прошёл ещё один бой, в котором победил мускулистый волосатый бугай в красной майке и в маске буйвола. Он яростно забил своего оппонента каменными кулаками, а потом хвастался мускулатурой на фоне поверженного противника.

— Дамы и господа! — По арене разлетелся усиленный динамиками голос ведущего. — Седьмой бой первого этапа нашего турнира! Встречайте первого участника — Александр Звёздный!

Я выходил на арену, приветствуя публику поднятым к вечернему июньскому небу кулаком.

Было время… Тогда зрители любили меня.

А сейчас приветствуют весьма сдержанно. Хм… забавно.

Бал-маскарад — лишь игра для аристократов.