Грани морали (СИ)

От сломанной шеи оно не предупредит.

— Ты прав. Но я не думал, что они настолько далеко зайдут! — Элайдж с силой потер лицо руками, сгорбился в рабочем кресле, разом растеряв весь юношеский задор. Он самому себе в последнее время напоминал старика. Ничего не хочется, на все плевать, лишь бы оставили в покое и дали погоревать о несбывшейся мечте. — Знать бы еще, кто — они?

— Мне бы тоже очень хотелось это знать, — процедил Уинтроп сквозь зубы.

Покушение во дворце он воспринял как личное оскорбление.

К сожалению, ниточки и оттуда оборвались.

Труп успел не только остыть, но и начать разлагаться."

"Ворох бумаг, найденный в кабинете покойного, только добавил загадок. Его сейчас разбирало и сортировало все научно-исследовательское ведомство местной академии, но скорых результатов оно не обещало.

Зато разбитая шкатулка, идентичная той что нашлась под сиденьем дормеза, однозначно свидетельствовала: вот он, виновник.

Впрочем, Уинтроп никогда не искал легких путей.

Глава 18

Столичный особняк магистра земляной магии Сенсетта располагался на тихой тенистой улочке, среди таких же роскошных, полускрытых за пожелтевшей листвой и все еще зелеными елями домиков местной знати.

Мы проехали мимо трижды. Окна на этот раз Валет приоткрыл, позволяя мне насладиться зрелищем и запомнить как следует его инструкции.

Видно, серьезное дело. Сложное.

Вот мне повезло-то сразу!

— По периметру простые охранки, физические, — вещал главарь, указывая снятой перчаткой на участки, которые стоит разглядеть повнимательнее. — Нити с колокольчиками, колючая проволока, шипы в кладке. В саду постоянно дежурит патруль с собаками, а ночью — два. Их мы берем на себя.

— А забор? — уточнила я, с ужасом осознавая, во что ввязалась. Да ладно, если меня поймают — обойдусь позором и высылкой.

— Поможем, — коротко заверил Валет. — Далее — здание. На входе магический датчик, пропускает только тех, кого приводит сам хозяин или его доверенное лицо. Этот пункт ты уже знаешь, как обойти.

После того как мы вместе нашли тело, выкать друг другу стало как-то странно.

Меня это потрясло, конечно, но главарю было плевать на мою тонкую душевную организацию, и операцию по уничтожению бумаг он переносить не собирался.