Граф Суворов. Том 7

— Ладно, надо назначать график интервью и начинать работу. — вздохнула Ангелина, поняв, что я пропустил ее провокацию мимо ушей. — Когда материал должен выйти?

— Может через неделю, а может ужа завтра. Мирослав дал нам три дня, они подходят к концу, но травля Меньшиковых должна начаться сразу после скандала на балу. — ответил я, прикидывая планы. — К слову вы обе должны быть там, старайтесь не показывать отношения друг к другу.

— Разве ты знал о моем прекрасном характере до свадьбы? — пожав плечиками проговорила Мария, и состроила невинные глазки.

— Тебе на удивление хорошо удавалось притворятся нормальной, но я догадывался что все не так просто. — усмехнувшись ответил я. — Впрочем так даже лучше.

— Думаешь узнай ты все наверняка — у тебя был бы шанс сбежать? — рассмеялась Мария. — Даже не рассчитывай, милый.

— Ну да, главное не то, как мы думаем, а то, как оно получается на самом деле. — вздохнул я, повернувшись к Ангелине. — Начни с Василия, он участвовал в облавах.

— Хорошо. Я уже составила приблизительный список, с кем будет общаться проще всего.

Что мне делать с запросами относительно служащих тайной канцелярии? — поинтересовалась девушка. — Мы же не сможем показывать их лица. Да и голос придется менять. Не спиной же к камере их сажать?

— Можно и спиной. — пожав плечами ответил я. — Доверия к таким записям будет немного, но, если их окажется не больше одной-двух десятых, в общем объеме это останется незаметно. К слову, докторов, которые согласятся пойти на сотрудничество тоже не должно быть много.

И график съемок нужно составить так, чтобы врачам пришлось ждать окончания интервью пациентов. Чтобы они пересекались и видели тех, кому они причинили вред.

— Не слишком жестоко? — удивленно посмотрела на меня Ангелина.

— Даже слишком мягко. — фыркнув заметила Мальвина. — Эти твари должны гореть в аду, и так чтобы он начался еще при жизни.

По большей части я с ней был совершенно согласен. Да, польза от экспериментов представлялась колоссальной, такие точные и бесчеловечные опыты не проводил никто на земле.

По крайней мере в этой версии земли. Их результаты могли лечь в основу целой отрасли, как фармакологии, так и прикладного резонанса. Вот только для этого придется почти всех выживших оставить под присмотром в отдельных учреждениях.

Конечно, никто не собирался выпускать их из страны. Даже давать свободу перемещения вне охраняемых зданий, совмещающих тюрьмы, общежития и лаборатории. Но вставал вопрос этичности не только их, но и наших действий.