Граф Суворов. Том 2

Может в новейшей с управлением получше — но пока имеем что имеем. Хотя, надо признать, ходить я в этой броне уже научился.

— Верно подмечено. — поддержал я старшего товарища. — Наша единственная надежда на то, что они сами себя покалечат, а мы останемся целенькими.

А еще на то, что я успею поработать с самовосстановлением у тех, кто получил синяки и ушибы. Техники медитации и насыщения праной поврежденных тканей имеют свои ограничения, отрастить новую конечность не выйдет при всем желании. По тому и существует срочная операционная медицина и все остальные.

Как говорил один мой приятель — «ну давай, зашей себе вспоротое брюхо медитацией». Хотя тут он, конечно, не прав, тот кто и в самом деле умеет управлять собственным телом — перекрыть кровоток, перенаправить прану по меридианам. Нет, от раны не избавит, но вот до операции дожить поможет. А в идеале — вообще позволит избежать ранения при прочих равных.

— Кх-кхм. Есть пять минут поговорить? — откашлявшись спросила Лена, подойдя ко мне.

— О какие люди. Посмотреть пришла? А может что-то еще? — доносились глумливые смешки со всех сторон.

— Дебилы малолетние. — вздохнул я, натягивая сухую сменку. — У тебя разговор только ко мне, или ко всем взводным?

— Реально придурки. — поморщившись от чрезмерного внимания парней проговорила Лена.

— Ладно. Тогда выйдем. Нечего парней смущать. — ответил я, пожалев, что выстиранная вчера форма еще не досохла. Зато завтра буду в чистом. Хорошо хоть нижнее белье и носки есть на что менять… и майку. — В чем дело?

— Сетку передвинули. — поморщившись проговорила Жарская. — Теперь нас поставили друг против друга. Не знаю, специально или нет, все команды местами поменяли. Но теперь мы послезавтра будем против моих девчонок.

— У тебя с этим какие-то проблемы? — нахмурился я, когда мы вышли в темноту.

— Ну, такое тоже бывает. — фыркнула Жарская. — Тебя вообще не смущает что Холодец у меня взводная?

— Кто? А, Мальвина… — на несколько секунд задумавшись проговорил я. — Пока ко мне не лезет — это ваше дело. Ну и пока в спину не стреляет.

— Она еще та тварь стервозная, но до такого не опустится.