Госпожа проводница эфира

Силы удивляться внезапно закончились. Зато начал рваться на волю смех. И не только у меня.

Спустя несколько минут все присутствующие хохотали, утирая слезы. Даже филиур. А объект, послуживший поводом, сначала укоризненно на нас смотрел, поворачивая морду то к одному, то к другому. После чего тоже затрясся в беззвучном хихиканье. А напоследок снова чихнул.

Третье перо было рыженьким.

— О-о-о, — стонала я, держась за живот, который уже болел.

— А-а-а, это... Это... — почти рыдая, выдавила Леслия. И в этот момент она совсем не похожа была на принцессу.

Отсмеявшись, мы наконец закончили завтрак и покинули столовую. Расходиться не хотелось. Мне совершенно нечем заниматься, по сути. Остальным тем более. Только Феликсу необходимо идти отдыхать.

Мы перебрались в гостиную. Леслия взяла одну из книг и присела с нею в кресло. Ориэль принялся ходить вдоль развешенных картин и в очередной раз их изучать. Я это дело давно прекратила за невозможностью понять, что изображено.

Филиур неловко переминался на пороге и явно не мог решить, остаться с нами еще ненадолго или все же уходить отсыпаться после смены.

Я устроилась с ногами на диване, оставив обувь на ковре. Тут же притопал Рауль. Притопал — в буквальном смысле, в данный момент он был материальным и цокал по полу когтями.

Постояв напротив меня, волк сначала улегся на мои кожаные мю́ли. Естественно, это оказалось неудобно. Тогда он встал, лапой сдвинул их в сторону, снова улегся.

Рауль же опять встал, уселся напротив меня и принялся гипнотизировать.

Я не поддавалась и молчала. Зато происходящее заметили мои коллеги и сильфида и заинтересовались происходящим.

Волк сидел и таращился на меня. Я притворялась бревном и сохраняла спокойствие и тишину. Остальные просто смотрели.

Долготерпением наш мохнатый призрачный постоялец никогда не отличался, поэтому не выдержал и минуты: положил мне правую лапу на колено.

— И? — Я указательным пальцем аккуратно спихнула наглую конечность.

Мне достался укоризненный взгляд, и уже левая лапа легла на мое колено. Ее я тоже спихнула.

Волк вздохнул, потянулся и аккуратненько, осторожно положил мне на колени нос. Я сжала губы, чтобы не начать улыбаться. Волчий нос подождал, убедился, что его, в отличие от лап, не гонят, и начал ме-е-едленно завоевывать территорию.