Госпожа повариха

А шерсть на ушах и хвосте распушилась и чуть не потрескивала голубоватыми искорками…

Очередной коридор, слабо освещенный парой светильников, и я замерла перед дверью, пальцы сами легли на изогнутую ручку, и только в последний момент отчаянная мысль пробилась сквозь туман эйфории. Я что, собираюсь вломиться в комнату неизвестно к кому?! Ох, половник ржавый, Анни, ты с ума сошла?! Но разжать пальцы оказалось почему-то очень сложно, а дальше все случилось слишком стремительно. Дверь вдруг распахнулась сама, и я чуть не упала внутрь, выставив перед собой руки и подавившись вдохом.

"Мои ладони уперлись в широкую твердую грудь, прикрытую лишь тонкой шелковой рубашкой, и оторопелый взгляд остановился на расстегнутом вороте, в котором виднелись шея и трогательная ямочка между ключицами. Ой. Медленно-медленно я подняла глаза на гладко выбритый подбородок, приоткрытые губы, из которых вырывалось хриплое дыхание, и наконец – глаза, зрачок в них расширился так, что осталась лишь узкая полоска радужки.

– А… Анни? – хрипло выдохнул князь, и от того, как он назвал меня, по спине, до самого кончика хвоста, пробежалась змейка щекочущих мурашек. – Ух-ходи…

Ответить я не успела: Эрик стал заваливаться, глаза закатились, и я не на шутку перепугалась, разом позабыв о собственных проблемах.

– Эй, твоя светлость, не вздумай тут помереть у меня на руках, – пропыхтела я, пытаясь перехватить его поудобнее и дотащить хотя бы вон до того кресла.

Только вот в результате я с тихим писком повалилась на ковер, удачно извернувшись и уронив сначала Эрика, а потом распластавшись на нем сама. Ну, он большой и тренированный, а у меня хвост, еще днем дважды отдавленный, и вообще я хрупкая и нежная девушка! Это я должна падать в обморок на руки сильному и мужественному защитнику.