Чужая женщина

— Хороша сучка, да?

Тряхнул головой, но взгляд от ее плавной походки и качающихся бедер, которые обтянул кофейный трикотаж, не отвел. Нога в разрезе, телесная резинка чулок, тонкая лодыжка и высоченный каблук-шпилька. Возникло адское желание провести кончиками пальцев вдоль разреза наверх, к трусикам, я был почему-то уверен, что они кружевные черные, одновременно вдыхая аромат ее волос.

— Гром, слюни подбери, — посмотрел на напарника, вздернувшего одну бровь, — здесь таких кукол сотни. Насмотришься еще.

У вас в ваших обезьянниках таких поди и не было никогда, м? Но нам не светит, разве что только подрочить над толчком или трахая какую-то шлюху. А эти высокомерные твари, — кивнул на мою Незнакомку, — на нас как на людей не смотрят. Забудь. Она в твою сторону даже грязную салфетку не бросит. А если и бросят ее инстаграмовские фанатики подхватят и растащат на кусочки.

— Ты знаешь, кто это? — я бы многое отдал хотя бы за имя.

— Понятия не имею. Первый раз вижу. Для меня они вообще все похожи.

Теперь он смотрит на нее.

— Хотя нет. Эта другая. Подороже здешних будет. Занесло на вечеринку, видать. Красивая сука. Очень красивая. Задница и ноги — охренеть просто. Есть же такие королевы, что, когда о сексе с ними думаешь, сразу шелковые простыни представляешь в номере, который стоит сто твоих зарплат, и, блядь, член тут же падает, но я б ей вставил… если б дала, — он заржал, а мне захотелось кулаком в солнечное сплетение, чтоб не смотрел вот так. Черт, я вижу эту женщину второй раз в жизни.

Я имени ее не знаю, и не моя она и моей никогда не станет. Наваждение какое-то.

— Первый? А она здесь и вчера была.

— Да ладно. Не гони. Я б запомнил.

— Была. В серебристом платье. На красном порше приехала с подругой. Уехала после закрытия сразу.

— Пшшшшш… какая память зрительная. Ну куда нам до ваших ментовских способностей.

— Далеко, Романов, далеко вам. У тебя, вон глянь, с заднего хода типы какие-то ломятся, явно не из вашего контингента. Вечеринка закрытая, или я ошибаюсь? А их пропустили вроде как.

— Твою ж мать, Толяяян, сука, что ж ты молчишь, — рыкнул и ломанулся на другой конец залы, подхватывая рацию.

— Не пускать. Вывести из залы. Я вам что говорил? Да мне по хер, что они с бабками. Здесь уровень другой — выводи, с меня Охотник три шкуры спустит.

Я усмехаюсь его суете и снова в зал смотрю… сканирую, ее ищу. Под ребрами быстрыми толчками фонтанирует кипяток, как и при первой встрече.