Города в поднебесье

 — Ох как мне сейчас будет мокро и холодно…

— Тогда я с тобой! — сообщила девочка.

— Промокнешь же! Надо, чтобы у кого-то одежда была сухой! — возмутился я.

— Сделаем, как ты предлагал. Прикрепим к твоей лебёдке трос, а другим концом привяжем его к канату! — возразила она. — И тогда я смогу тебя подстраховать. А одежду высушим!

Идея, о которой вспомнила Нанна, возникла на тот случай, если придётся быстро вытягивать наверх канат. В одиночку Нанна поднять тяжеленный канат не смогла бы, да и как это сделать, если я, нелёгкий и увесистый, ещё ползу по нему? И канат не получилось бы намотать на лебёдку — слишком маленькая она была, и вообще рассчитанная на более тонкий трос.

Согласившись на помощь Нанны, я вышел из убежища и остановился на краю трещины, вглядываясь вниз сквозь густую водяную взвесь.

Посох Гронги лежал всё там же — внизу. Только немного сместился в сторону рынка. Пока всё было в порядке, но ещё пара дней таких ручьёв — и добыть его будет ох как непросто… Я быстро соединил трос и канат, и последний сразу устремился вниз, распрямляясь на ходу.

Спуск прошёл быстро и без происшествий. Мокрый канат легко скользил под тканью перчаток, и всё, что мне оставалось — лишь вовремя отталкиваться ногами от склона. Достигнув земли, я прошлёпал по воде к посоху, быстро нагнулся и поднял его. Внутри будто что-то дёрнулось, и всё тело пронзила лёгкая приятная дрожь. Не понимая, что со мной происходит, я внимательно прислушался к ощущениям.

Ощущение было необычным и непривычным. Да и сам посох воспринимался мною теперь иначе. Если раньше он был просто железным изделием местных мастеров, то сейчас я прямо чувствовал, что в нём что-то есть такое… И я даже обнаружил это «что-то» — искрящийся сгусток между навершием посоха и рукоятью. Я снова попытался присмотреться…

Но не успел.