Город Эмбер: Люди Искры

 — Он вновь замолчал и изучающе уставился на Лину, вскинув тонкие брови.

— Просто расскажи мне, — вырвалось у Лины. — И не надо так на меня смотреть.

— Ты ничего не знаешь о четырех войнах?

— Нет. Война — это что?

— Война — это когда одна группа людей дерется с другой группой людей, поскольку обе хотят завладеть чем–то одним. Скажем, участком хорошей земли, который понравился и тем и другим.

— Почему они не могут жить там вместе?

— Они не хотят жить там вместе, — ответил он с таким видом, будто она задала крайне глупый вопрос.

— Они убивали друг друга из–за кур?

— Это всего лишь пример. В четырех войнах они дрались за что–то большее, чем куры. Скажем, за большие участки земли. Или за право верить в того или иного бога.

Лина мало что понимала. Она не знала, что означают слова «бог» или «золото» и не могла точно сказать, что Торрен подразумевает под словом «масло».

— Ты говоришь про масло, на котором готовят? — спросила она, вспомнив бутыли с маслом, которые когда–то стояли в хранилищах Эмбера.

Торрен закатил глаза.

— Ты действительно ничего не знаешь! — Он бросил все косточки в трех птичек с красными головками, которые что–то выискивали между кирпичами.

— Они били друг друга?

— Все было гораздо хуже. — Он наклонился вперед, оперся локтями о колени и низким, хрипловатым голосом принялся рассказывать Лине об оружии тех времен: пушках, которые убивали людей, бомбах, которые ровняли с землей и сжигали большие города. — Они сожгли все большие города. — Глаза Торрена блестели.

— Я не знаю, что такое мор.

— Болезнь. Например чума. Передается от человека к человеку, прежде чем ее успевают остановить. И все умирают.

— У нас одна такая была, — сказала Лина. — Сухой кашель. Появлялась, убивала многих, а потом пропадала.

— У нас было три, — гордо заявил Торрен, словно три смертельные болезни ценились выше одной. — От одной люди усыхали, как от голода. Вторая вызывала высокую температуру, и люди умирали от жара.