Город драконов. Книга третья

А вот эта деталь существенно удивила меня.

– В каком смысле? – переспросила, напряженно взирая на дракона.

– К моему искреннему сожалению, в прямом, – все так же тихо ответил Арнел.

И, сделав глоток чая, вновь посмотрел в окно.

– К тому моменту, как нам стало известно о подобной возможности, – его голос отдаленным раскатом грома разливался по кабинету, перекрывая звук начинающейся метели, – мы оба приняли решение отказаться от брака как такового. Полагаю, причины понятны – я не горел желанием повторить судьбу своего отца и деда, Кристиану пришлось жить, наблюдая угасание матери, для которой каждое утро начиналось с посещения склепа, как, впрочем, и каждый вечер.

Шумный выдох и ожесточенное:

– Годы медитации, развития ментальных способностей, учителя, сменяющие учителей, и попытка добраться до вершины… Все закончилось чуть более четырех лет назад, с первым убийством девушки в Вестернадане.

Арнел более не смотрел на меня, с ожесточением испепеляя взором гору за окном так, словно вина была на ней.

И я решилась на осторожное предположение:

– Вы с лордом Давернетти решили, что, пытаясь обрести могущество предков, стали причиной пролитой крови?

Арнел кивнул.

Опустил чашку с блюдцем на уровень горы и продолжил невидящим взглядом всматриваться в зимний пейзаж.

– По идее, – хрипловатым, почти безжизненным голосом продолжил он, – в городе не осталось ни единого чистокровного дракона в зрелом возрасте, не обремененного семейными узами. По идее. Но… да, первое убийство было слишком показательно зверским… а драконы, как я уже сказал вам, животные.

Я едва была способна дышать в этот момент!

– Но вернемся на триста лет назад, – ровным тоном произнес лорд Арнел. – К уничтоженному горному поселению и тем… кто его уничтожил. Мисс Ваерти, я уже спрашивал, не смутила ли вас плодовитость драконов, и, пожалуй, я напрасно задал вам данный вопрос, ведь вы едва ли знакомы с сельским хозяйством.

О мой бог, слушая всю эту ужасную историю, я уже пришла к выводу, что я вообще едва ли хоть с чем-то знакома, но все же на невысказанный вопрос ответила:

– Я родилась и всю свою жизнь прожила в городе, если вы об этом.

– Да, именно об этом, – подтвердил Арнел.

Помолчал и по-прежнему ровным, лишенным эмоций тоном продолжил:

– На фермах проводят определенную селекцию, сохраняют те виды скота, которые способны давать больше потомства. Вас это коробит? – и неожиданный взгляд на меня.

Я могла бы сказать уверенное «нет», если бы речь шла о коровах, овцах и прочих животных.