Город драконов. Книга третья

Прошла, села за стол, откинулась на спинку старого кресла, вновь сложила руки на груди и, глядя на Арнела, максимально спокойно сообщила:

– Я вас внимательно слушаю.

– Какое хладнокровие, – с явной иронией произнес лорд Арнел."

"Однако вести беседу на приличном расстоянии он не пожелал. Поднявшись, дракон обошел стол, встал, опираясь о столешницу справа от меня, повторил мой жест, сложив руки на груди, и тихо сказал:

– Анабель, вы знаете, кто я и на что я способен.

– О да! Это ведь поистине бесценная информация! Разве смею я забыть о том, кто вы, и особенно о том, на что способны?! – не удержалась от колкости.

О Господи, менее всего мне хотелось сейчас сидеть и выслушивать, на что способен этот дракон. Сидеть и… покорно слушать. Увы, моего мнения по данному поводу никто не спрашивал. И это было так… неправильно. Любой воспитанный джентльмен после того, что сотворил и наговорил, обязан был бы, как минимум, покинуть мой дом. Но это дракон! Это треклятый дракон! И на этические нормы, как, впрочем, и на мое право избавить себя от его общества, плевать он хотел! «Ваш поступок, вероятно, оправдан с точки зрения этически-моральных ценностей нашего общества, но… мисс Ваерти, дракон обратился, защищая вас, а значит, вы вступили на совершенно иную территорию норм, морали, этики и взаимоотношений» – слова профессора Наруа вспомнились некстати.

– Продолжайте, – не сдержав горькой улыбки, предложила я дракону, который обратился благодаря мне.

Дракон продолжил весьма своеобразно:

– Анабель, я не чудовище.

– Сказал чело… простите, дракон, который мгновением ранее заявил: «Я могу заставить вас пожалеть о каждом из произнесенных слов»! – и это не было иронией, о, это был чистой воды сарказм. – Вернитесь на диван, лорд Арнел, – практически потребовала я, – видите ли, после ваших угроз мне особенно неприятно находиться вблизи подобного… «не чудовища».

Он не шевельнулся, нависая надо мной практически, я смирилась и с этим, молча глядя на лорда.

Открылась дверь, вошла миссис Макстон с подносом.

Пройдя, безмолвно поставила оный на стол, налила чай мне, добавив в него мятную веточку, плеснула чаю Арнелу с таким видом, что стало ясно – экономка с превеликим удовольствием плеснула бы ему не чай, а яд.

И все же на миг, на этот самый миг, когда миссис Макстон вошла, мне стало чуточку легче. Но взгляд ее светлых глаз, мое едва заметное отрицательное движение головой, и домоправительница нехотя вышла.