Город драконов. Книга третья

– Миссис МакАверт, душечка, я служила дракону почти два десятка лет, и это был лучший из всех драконов, а потому именно он научил меня главному – никогда не доверяй драконам, – произнесла миссис Макстон. – Так где же ваш бурбон?

И звук удаляющихся шагов донес до меня не слишком приятную истину – я осталась наедине с леди Арнел. И, увы, я все так же едва ли могла относиться к ней по-доброму, даже невзирая на более чем обоснованное чувство вины.

Но драконы – это драконы…

Мое чувство вины испарилось, едва леди произнесла:

– На что вы рассчитываете?

И, перестав с тоской глядеть на дверной проем, в котором скрылась миссис Макстон, я вопросительно посмотрела на леди Арнел.

– Молчите, – прошипела драконица, пристальным немигающим взглядом прожигая меня.

Это была еще одна отличительная черта драконов – они могли часами испепелять взглядом, не моргнув при этом ни разу.

– Да, Стентон вас хорошо натаскал, – презрительно усмехнулась леди Арнел.

– Натаскивают собак, меня – обучали, – предельно вежливо ответила я.

И каюсь, но на миг, на какой-то миг я даже пожалела, что вмешалась и не позволила убийце радостно довершить дело. Воистину дурные мысли, но и ничего сказать о леди Арнел хорошего я не могла. Абсолютно ничего.

И, к моему искреннему изумлению, я ошиблась.

– Камин в библиотеке, – вдруг сказала драконица. – Четвертый. Действующий. Четвертый кирпич от основания колонны справа.

– Почему? – спросила я, проговаривая про себя всю только что полученную информацию, чтобы в точности все запомнить.

– Потому что, – леди Арнел как-то странно усмехнулась, – вы недооцениваете способности и возможности моего внука. Вы не осознаете их. Как и его чувства к вам. Время.

Я вскочила со стула, ощутив легкое головокружение – мое состояние все еще было весьма плачевным, а корсет неимоверно жал, лишая возможности нормально дышать, но леди Арнел была права – что-то происходило.

Что-то… надвигалось.

– Всего доброго, – пожелала я, выскальзывая из спальни. И сама же себя мгновенно поправила: – В смысле – благополучия и увеличения доходов.

Из спальни донесся лишь хриплый смех старой отравленной леди, которая, несомненно, крепка, но после отравления желтым жасмином профессор Стентон пролежал в постели больше недели.