Город драконов. Книга четвертая

Я сделала вид, что не понимаю, о чем речь, и огладила одеяние, которое мне успела принести миссис Макстон, благо лавка готового платья находилась рядом с домом и соответственно врачебным кабинетом доктора Эньо. Новое платье было безупречно-синего, поистине королевского цвета, но существенно уступало в теплообеспечении моему шерстяному платью, а потому миссис Эньо любезно предложила мне белоснежную пуховую шаль. В результате мы с доктором Эньо были в белом хотя бы частично и полностью соответствовали стерильно-белой цветовой гамме больничной палаты.

– Лорд Гордан, – между тем деловито продолжил врач, – я бы хотел заявить о покушении. Вы примете заявление здесь или же мне придется проехать в полицейское управление?

– Я вызвал констебля, – сдержанно уведомил младший следователь.

– Замечательно! – Несмотря на чудовищность произошедшего, доктор Эньо казался живее всех живых, как минимум в данном помещении. – Мисс Ваерти, я так понимаю, вы намереваетесь забрать у нас мистера Илнера.

– Да, – подтвердила я, – и мистера Илнера, и вас.

Доктор Эньо вопросительно выгнул седую бровь, выражая искреннее недоумение. Я, пользуясь отсутствием миссис Эньо, высказалась прямо:

– У вас уже весьма продолжительное время имеются проблемы с дыханием. Мне очень жаль, доктор Эньо, но эту ночь вы проведете в доме профессора Стентона.

Несколько растерявшись, врач в поиске поддержки взглянул на миссис Макстон и получил безапелляционное:

– Если мисс Ваерти сказала, что вы переночуете в доме профессора Стентона, значит, вы переночуете в доме профессора Стентона.

Судорожно сглотнув, доктор широко улыбнулся и произнес:

– Что ж, давно хотел съездить на северную окраину города! Надеюсь, открывающийся из окон вашего дома пейзаж прекрасен!

И, покинув всех нас, мистер Эньо, едва вышел в коридор, бодро крикнул миссис Эньо:

– Дорогая, мистеру Илнеру может стать хуже после транспортировки, поэтому я последую за ним и проведу эту ночь рядом с пациентом… Дорогая?! Что не так? Миссис Эньо, куда же вы?

И дом потряс разъяренный возглас:

– За сковородой!

К дальнейшему мы не стали прислушиваться, разве что миссис Макстон глубокомысленно заметила:

– Никогда не стоит лгать собственной жене.