Горничная для некроманта

Он лишь привозил прачку и изредка бумаги Даррену. И не оставался ночевать.

Она тепло улыбнулась:

– Возможно, однажды я смогу переубедить его. Знаешь, я люблю его с пятнадцати лет. Тогда он только начал работать на брата, ему было двадцать пять. Мою влюбленность он не принял всерьез, решил, что это простая блажь."

"Я затаила дыхание, не веря, что магичка решила открыться мне. Помедлив, Дженни махнула рукой:

– Пойдем-ка на кухню. История будет долгой.

Я заварила свежий чай и вытащила из холодильного шкафа оставшиеся ореховые корзиночки Джекинса.

– Виделись мы довольно редко. Я училась в Академии и нечасто приезжала в Лиран. Даррен как раз женился на Алисии и снял дом во Флориане. Уилл не любил столицу и предпочитал решать дела на месте. Честно говоря, я и сама надеялась, что мои чувства пройдут… Вокруг меня вилось много юношей из хороших семей с магическими способностями. Но сердце намертво прикипело к желчному поверенному, выходцу из семьи торговца.

Я покачала головой и отхлебнула чай. Откровения Дженни меня удивили. Вместе они действительно смотрелись странно. Она яркая и взбалмошная. Одна ее манера одеваться чего стоила! И Джекинс… Он не позволял себе вольностей, предпочитал скучные костюмы. Лишь иногда природное ехидство прорывалось сквозь маску идеального поверенного.

Они были абсолютно разными. Но как они смотрят друг на друга… Да между ними буквально искрит! А ведь их роман не вчера начался.

– Прошло еще несколько лет. Я закончила Академию, приехала в Лиран и сказала о своих чувствах.

В голосе магички слышалась боль. Она стиснула в руках кружку, но совсем забыла о чае.

– Я прорыдала всю ночь, а наутро решила выбросить его из головы. Заводила романы с другими мужчинами, окунулась в светскую жизнь. И следила за тем, чтобы слухи доходили до Уилла.

Но он с лихвой отплатил мне: через три года после того разговора он женился. Его избранницей стала хорошенькая провинциальная девушка, и я ее терпеть не могла. Она всегда была мила и приветлива, окружила Уилла заботой… Я ненавидела себя за ту злость, что чувствовала… Я оставила столицу, годами не появлялась в Лиране. Бралась за самую сложную и грязную работу: в болотах, в горах.