Гормон счастья и прочие глупости

У меня там все вещи.

— Броня, ты зря, тебе здорово идет эта майка.

— Андрей!

— Ну хорошо, на, держи!

Я приоткрыла дверь и просунула руку, но он, вместо того чтобы дать мне сумку, схватил меня за руку и выволок из ванной.

— Ты с ума сошел! — прошипела я.

— Да, сошел! — хрипло пробормотал он и крепко обнял меня.

И мы стали целоваться как сумасшедшие. Потом он вдруг поднял меня, поставил на краешек кровати, так что теперь я была чуть выше него и близко-близко видела потемневшие невозможные глаза.

— Какой ты красивый… Никогда таких красивых не видела… — Я провела пальцем по его небритой щеке.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он вдруг.

— Изумительно.

— Я так испугался вчера. Мне вдруг показалось, если ты умрешь, то и моя жизнь кончится…

— Андрей, что ты говоришь…

— Только то, что чувствовал вчера.

Вероятно, оттого что я стояла на кровати, у меня вдруг опять закружилась голова.

— Ой, сними меня.

Он перепугался. Спустил меня, посадил.

— Что? Опять плохо? Давай все-таки вызовем врача?

— Нет-нет, ни в коем случае.

— Господи, прости меня, я… Я сейчас что-нибудь принесу, а ты полежи пока."

"Он убежал, а я кинулась в ванную, мгновенно приняла душ, открыла сумку, выхватила оттуда халат и успела юркнуть в постель. Господи, что же это делается? Да никакой он не импотент, глупости все, когда мы целовались, я почувствовала… А как он целуется! От его поцелуев гормон счастья вырабатывается в каком-то невероятном количестве.

Вскоре он вернулся с двумя йогуртами, фруктами и булочками:

— Вот все, что удалось надыбать на скорую руку. Хватит?

— За глаза.

— Голова больше не кружится?

— Нет.

Когда я немного поела, он сказал:

— Ну я пойду?

— Ты спешишь?

— Да нет, куда мне спешить.

— Тогда посиди еще… Андрюш, ты почему вечно небритый ходишь? Дань моде?

— Да нет, просто лень. Я тут на отдыхе вообще не собираюсь бриться. Тебе это не нравится?

— Нравится.

— И ты мне тоже.

Он вдруг пересел на кровать и запустил руку мне в волосы:

— Какие они у тебя на самом деле?

— Гладкие, темно-русые…

— Мне трудно это себе представить. Бронечка, может, это судьба?

— Не знаю, может быть…

И тут я вдруг вспомнила слова Ларисы о том, что он иногда делает попытки, терпит фиаско и впадает в жуткое отчаяние. Нет, я этого не хочу!

— Не надо, Андрюша, ну пожалуйста!

— Почему?

— Ну я..