Гормон счастья и прочие глупости

— Что? Что случилось?

— Мне подбросили ребенка!

— Какого ребенка? Что ты говоришь?

— Бусечка, возвращайся скорее, я пропаду! Он ходит на голове!

— Венька, прекрати истерику и объясни, в чем дело!

— Это долго! Пожалуйста, возвращайся! Сейчас он терзает Татьяну Ильиничну, но она долго не выдержит… Только ты можешь меня спасти!

— Ты про кого говоришь, про Венчика?

— Ну да, про кого же еще!

— Откуда я знаю, может, у тебя тут целый выводок.

— О боже!

— Ладно, буду через сорок минут.

— Что там такое? — заинтересовался Андрей.

Я ввела его в курс дела.

— О, мне такая ситуация знакома.

— И что?

Он молча пожал плечами, а я поняла так, что поскольку он импотент, то эти предъявленные ему дети не могут быть его детьми.

— Ну что, побежишь выручать братца?"

"— Доем — и уж тогда… Так о чем мы говорили?

— Я не помню… Послушай, как странно, что ты…

Опять зазвонил телефон. Опять Венька. Я не стала отвечать. Пусть думает, что я не слышу.

— Кошмарная штука эти мобильные, — улыбнулся Андрей, — даже в любви объясниться не дадут.

— Мы же решили, что отложим до Москвы, — напомнила я.

— Как ты мне нравишься.., ты какая-то совсем особенная, — произнес он так, что сердце подскочило к горлу, а потом стало медленно сползать в пятки, а по спине побежал холодок, — вероятно, это смешно звучит в устах сорокалетнего мужика, но с тобой я чувствую себя.., защищенным. Это глупость, конечно, но знаешь, меня столько раз предавали… Я раньше страдал, потом даже привык… А вот смотрю на тебя, и мне кажется, ты не предала бы.

Господи, зачем он это говорит? Я же гибну, тону… Мне уже наплевать, что он импотент, это же не самое главное. А глаза… Мне хочется обнять его, прижать к себе и утешать как маленького мальчика, только бы он был рядом.

И опять зазвонил телефон. Номер не определился.

— Алло!

— Привет, это я. Только не бросай трубку.

Женя!

— Я слушаю тебя, — очень холодно отозвалась я.

— Ты знаешь.., ты прости меня, пожалуйста, я был просто не в себе…

— Я заметила.

— Но я тут подумал… Я не имел права так поступать… Если можешь, забудь.

Меня растрогали его слова. Его тон. Но главное — мне показалось, что его звонок — спасательный круг. И если я сейчас за него ухвачусь, то, может, и не погибну от любви к импотенту.

— Ну хорошо, я вернусь, мы поговорим.

— Спасибо тебе. Я вчера видел Полину. Она в порядке.