Гормон счастья и прочие глупости

Венька уселся с ним рядом, а я устроилась сзади.

— Венька, командуй!

— Значит, поедем для начала в Кейсарию. Это тридцать шесть километров отсюда.

— А что там такое? — спросил Андрей. — Я там не был.

— Я тоже, вот и поглядим. Там в пятидесятых годах раскопали древний город. И теперь там музей под открытым небом. Говорят, красота. А рядом шикарный курортный городок, виллы и все такое. Искупаемся, приобщимся к культуре, пообедаем…

Они вдвоем смотрели карту, вполголоса обсуждали достоинства и недостатки взятой напрокат машины, а я улеглась на заднем сиденье.

Проснулась внезапно, как от толчка, и, еще не открывая глаз, ощутила на себе чей-то взгляд. И взгляд этот словно бы имел вес и объем. Я посмотрела из-под ресниц. Обернувшись назад, со своего шоферского места на меня смотрел Андрей. Смотрел с такой нежностью, с какой на меня смотрела разве что бабушка, когда я в раннем детстве выздоравливала после тяжелой скарлатины.

— Ты уже проснулась, не притворяйся, — произнес он таким голосом, что меня мороз подрал по коже.

— Почему стоим?

— Пробка. Впереди авария.

— А Венька где?

— Пошел посмотреть, надолго ли эта канитель. Ну как, выспалась?

— Кажется, да.

Тут возвратился Венька с известием, что скоро мы, видимо, тронемся.

И действительно, минут через пять поехали.

* * *Время мы провели изумительно! Купались, осматривали руины римских строений, опять купались, бродили по песку, фотографировались вместе и порознь.

— Буська, ты представляешь себе, как Полька будет гордиться своей мамашей?

— И двоюродным дядькой тоже!

— А как будет хвастаться подружкам? Моя мама в Израиле! А кто это с ней? Неужто Андрей Дружинин? Офигеть! Супер! Ой, девчонки, я от него балдею! — смешно показывал Венька.

— Не преувеличивай! Девчонки возраста ее дочки балдеют не от меня и не от тебя — мы для дам постарше, — смеялся Андрей. — Этим подавай Витаса!

— Это правда, — сказала я.

— Не страшно! Девчонки расскажут своим мамам, а вот уж те лопнут от зависти. А твои коллеги, Буська…

— Ты спятил? Я своим коллегам и словечком не обмолвлюсь, чем я тут занимаюсь.

— А разве есть что-то предосудительное в твоих занятиях? — удивился Андрей.

— Вообще нет, но у меня на работе это бы не одобрили, тем более что я взяла отпуск в неурочное время, да и вообще… У нас чрезвычайно чопорное начальство.