Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала

Вы, Талисса, еще слишком молоды, — высокомерно и холодно произнес лорд Хард. — Я навел справки о вашем материальном положении. И оно, так сказать, оставляет желать лучшего…

По его меркам, разумеется.

Я сжала кулаки. Хотелось выгнать этого лорда из моего дома.

— Очевидно по вашему мнению, — я не скрывала негодования. — Заберите деньги.

Но лорд делал всё по-своему. Он просто развернулся и пошел на выход, игнорируя мой желание.

Я закипала, меня унижала вся эта ситуация с деньгами.

— Я просто не хочу, чтобы вы помешали, — холодно бросил он через плечо.

— И чему же я могу помешать?

Он обернулся у самой двери, снова изучающе смотря на меня.

— Буду искренен с вами. Я люблю свою супругу и не хочу, чтобы она расстраивалась. А она решила породниться с семьей Лорсов.

Офелия была из семьи Лорсов.

Что к чему, стало понятно.

— Потому я не хочу, чтобы вы появились однажды в самый неподходящий момент на пороге нашего дома.

— Я не появлюсь, можете не сомневаться, — процедила я.

— Гордость — это похвально.

Очень."

"— И заберите свои деньги, — я дошла до комода и схватила мешочек, уже направилась к лорду.

Но дверь распахнулась, и в дом вошла мама. Она улыбалась, а потом увидела лорда и резко стала серьезной, прищурилась.

— Кто вы?

— Это отец Торгарда, лорд Хард, — представила я мужчину.

— И что же отец… этого Торгарда делает у нас дома так поздно? — мать закрыла дверь и сложила руки на груди. Её спина была прямой как палка, а подбородок задран максимально вверх.

Сейчас она мне не напоминала простую горожанку, а саму настоящую аристократку благородных кровей.

Впрочем, не знаю, как обстоят дела, но с этикетом она была отлично знакома. И мама никогда не экономила ни на моем образовании, ни на моем светском воспитании.

А еще в комнате резко запахло морем. Штормом даже. Напряжение между мамой и лордом было просто осязаемым.

— Принес деньги, чтобы я больше не появлялась… — но мать властно вскинула руку, прерывая меня.

— Понятно, милая, — я в своем простом голубом сарафане до колен и босоножках на каблуках она сейчас выглядела не хуже самого лорда.

Настолько достойно она держалась. Белоснежные волосы были убраны в высокий хвост. Нас часто путали и говорили, что мы сестры. Хотя по человеческим меркам маме сорок пять. Но так и не скажешь. За окном прогремела гроза. — Не продолжай. Надеюсь, ты успела объяснить… этому лорду, — от пренебрежения в голосе, даже сам Хард опешил и удивленно вскинул густые брови. — Куда он должен засунуть эти… монеты.