Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала

Об этом я рассказала Торгарду тихо, когда тот махнул рукой сирене, что та свободна, и приказал Фирену проследить за ней, чтобы та добралась до места, которое ей определили как каюту.

Торгард сжал деревянные перила. Почти раскрошил их. Он смотрел на горизонт.

Я положила руки на плечи Торгарда.

— Зачем он ушел с ними? — спросил он, но ответ Тору точно не нужен был.

— Он сделал свой выбор.

— Ей можно верить? Может, его похитили.

— Можно. Она не лгала. Ты ведь знаешь, что если она не может сказать, то просто говорит об этом.

— Поверить не могу. Снова предал. Ушел на ту сторону.

— А что его ждало бы здесь? Трибунал. Разбирательство. Крах морской карьеры.

— Они враги, — с нажимом произнес Торгард.

— Предавший раз предаст ещё раз. Разницы-то нет…

— Ты права. Я был слеп.

— Поговори с Фиреном. Он был его другом тоже.

— Беспокоишься о нем? — Торгард посмотрел на меня через плечо.

— Он твой друг. И в отличие от Валариса не лицемерил.

— Вы никогда не ладили.

— По крайней мере, от него было ясно, чего ожидать. Он прямой как палка в своих высказываниях. А ещё он всегда подозревал меня в том, что я с тобой только из-за твоего статуса и денег. И опять же, не скрывал подобного. А Валарис казался таким чутким, добрым. Он ведь не хотел пускать меня тогда в гостиницу, чтобы я не видела тебя… с другой.

Глотнула, даже спустя пять лет это воспоминание приносило боль. Я перехватила своё горло, пережидая спазм.

И снова… разве это не истинная связь? Ведь мне больно даже думать о том, что Тор был с другой. Пусть это и не правда. Меня царапает, протыкает каленым железом сердце.

Он мой истинный. Совершенно точно. Но я не скажу ему об этом.

— Валарис настаивал на том, чтобы я встретился с тобой и поговорил по душам после того, как получил ту магическую карточку.

— Но ты не встретился.

— Он слишком хорошо меня знал, — Торград стиснул челюсти. Потом развернулся и привлек меня к себе.

Дышала бы и дышала. Но…

Он мне чужой.

— Карточку прислал не он, — напомнила я.

— Но он испугался последствий своего поступка. Он угрожал не только члену моего экипажа на службе империи, но моей истинной. Он трус. И не захотел взять ответственность за свои поступки.