Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала

— Я лишь думал, что мне тоже перепадёт её внимания. Она же любит скакать по кроватям. Но тварь оказалась крепкой, решила проявить невинность. Оттолкнула меня. Но знаешь, Торгард, — выплюнул Валарис, — живи и мучайся с тем, что эта… обманула тебя. И что каждый раз, когда ты будешь уходить в море, она не будет тебе верна. Не думай верить ей. Пусть тебя это сжирает изнутри!

Валарис лил ядом. Но Торгард уже не слушал его. Он выпрямился, потом подхватил ветошь и вытирал руки от крови. А Валарис всё сквернословил. Он не знал, что мы сейчас не могли врать друг другу.

Только вот, судя по разговору, тот, кто прислал эту магическую карточку, оставался по-прежнему в тени.

Валарис кричал, его глаза горели безумным огнём. Этот идиот просо решил воспользоваться случаем и подкатить ко мне.

Торгард выкинул ветошь под ноги Валарису.

В дверь вошёл Фирен и ошеломлённым взглядом смотрел на всех нас.

— Отведите его в трюм, — приказал Торгард. — Пусть он останется там, пока я не решу, что с ним делать.

— Тор?

— Выполнять, — с нажимом повторил адмирал. И Фирен помог подняться Валарису.

Я стояла в стороне, наблюдая, как Валариса уводят. Его крики эхом отдавались в моих ушах.

— Лис, — сказал Торгард, подойдя ко мне. — Пойдём. Тебе нужно отдохнуть.

Мы вышли на палубу, и я почувствовала, как свежий ветер коснулся моего лица, принося с собой запах моря. Торгард обнял меня, и я почувствовала его тепло и силу.

— А ты?

— У меня ещё дела.

— Но сирена?

— Ты ведь запретила ей проявлять магию.

— Да.

— Отдохни.

Торгард взял моё лицо в свои сильные руки.

— А как же контр-адмирал, Фирен?

— Всё это я возьму на себя.

А потом он дотронулся своим лбом до моего, но лишь мимолётно.

Он проводил меня до каюты, настойчиво держа за талию. И не было возможности улизнуть от этих крепких объятий. Словно Торгард желал насытиться вниманием.

— Я прикажу принести тебе еды.

Я кивнула ему.

— Скоро приду.

Он хотел ещё раз подойти ко мне, но я попятилась от него и качнула головой.

Тот сжал зубы до скежета, но кивнул в знак понимания.

Закрыл за собой дверь.

А я села на край кровати.

И кто же был так против наших с ним отношений?

Впрочем, это всё пусть выясняет Торгард.

Простила ли я его?

Нет.

Я вообще не хочу об этом думать. Я привыкла справляться без него, и как быть теперь с ним в моей жизни, я не знала.

Угроза императора тоже была мне очевидна. Одна я не выстою.