Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

– М-да, это я чего-то не подумал, – смутился Елисей, сообразив, что ляпнул что-то не то.

Впрочем, если вспомнить эти неспешные времена и то, что в любой серьезной конторе обязательно находилась парочка поклонников европейского образа жизни, то подобное положение вещей становилось понятным. Между тем полковник, поднявшись, продолжал вещать:

– В общем, так, друг мой, делай что хочешь. Грози, морды бей, да хоть шкуры спускай, но бумаги всей этой братии добудь.

– Угу, а потом меня за такие методы самого по тракту кандалами греметь отправят, – фыркнул Елисей, ероша пальцами чуб.

– Никто тебя не тронет, – отмахнулся контрразведчик. – Кто же в твердом уме поверит, что какой-то мальчишка-казачок подобное задание получит. Ты уж прости меня за такие слова, но глядя на тебя, никому и в голову не придет, что ты опаснее аспида в постели, – бледно усмехнулся он и, словно извиняясь, развел руками. – Главное, фамилии своей не называй.

– А как же тогда я работать стану? – не понял парень.

– Утром у ворот будет пролетка стоять.

– С рассветом, значит? – задумчиво переспросил Елисей. – Добре, буду на месте, – кивнул он, тайком бросив быстрый взгляд в темнеющее окно. – А сами вы где будете, ежели что? – спохватившись, быстро уточнил парень.

– У себя в кабинете, – скривился полковник.

Ему явно не хотелось проводить время подобным образом, но будучи в данной операции главным, обязан был организовать общий координационный центр, который станет принимать нужные решения.

Его роман с Анютой развивался бурно. И хотя женщина призналась, что иногда оказывает интимные услуги богатым постояльцам гостиницы за деньги, осуждать ее парень не решился. Каждый выживает, как умеет. Да и женщина эта ему нравилась. Было в ней что-то такое, что заставляло его вспыхивать, словно порох.

Утром, едва начало светать, Елисей бесшумно проскользнул в свою комнату и, привычно проверив оружие, отправился умываться. Приведя себя в порядок, парень надел папаху и не таясь спустился на крыльцо. У ворот стояла пролетка, на козлах которой восседал пожилой солдат.