Гордая птичка Воробышек

Сама ты вряд ли осилишь спецкурс, а краснеть за тебя, попустительствовать и покрывать далее твое нерадивое отношение к учебе своим именем - я не намерен. Прости, девочка, никогда не любил нерадивых студентов.

- Но я... Юрий Антонович, я не могу позволить себе платного преподавателя! - я вскидываю глаза и смотрю в уставшее лицо декана. - Я попробую сама! Юрий Антонович, пожалуйста... Пожалуйста! - прошу, утыкая беспомощный взгляд в пол и поправляя съехавшие на нос очки.

Только не вылет из университета! Я не буду есть, спать, дышать, говорить. Я сдам-пересдам все хвосты, клянусь! Я заставлю свой мозг работать на сто двадцать процентов и даже больше, выбросив из головы всю вертящуюся в ней творческим вихрем чушь! Я сделаю невозможное и проглочу целый мир! Я...

О, Господи, что же мне делать?

Рука декана раздраженно ударяет о стол, и я вздрагиваю.

- Это то, что я могу сделать для вас, Евгения. Вот. Четвертый курс. Лучшие курсовые и контрольные работы за последние несколько лет. Возможно, вы виделись и знакомы с этим студентом - у третьего курса совместно с четвертым проходят лекции нововведенного в этом году спецкурса теоретической механики. Обратитесь. Если что, сошлитесь на меня.

И звонок по внутренней связи:

- Алена Дмитриевна, пригласите ко мне ваших орлов - Татарищева и Балагурова. Это по вопросу поездки в столицу с вышеозвученным вами докладом. Да, и передайте Семену Викторовичу, если он вдруг освободится раньше меня, что я буду на совещании ровно к трем. И, пожалуйста, уговорите Леночку прислать своих драгоценных аспирантов, ну должна же она войти в наше положение, в конце концов! Что она как неродная.

- Д-до свидания, Юрий Антонович. Спасибо.

Я выхожу из кабинета декана и на негнущихся ногах топаю по коридору. Спускаюсь по пролетам лестниц в холл, иду к раздевалке, и только когда натягиваю на плечи шарф, а на голову шапку с бубоном, подношу к глазам скомканный в ладони лист, разворачиваю его и читаю ""Люков Илья, группа ПД-2-1.."".