Голый край (СИ)

 — Хьялдур, какое наказание указано в законе за покушение на старосту?

— Смерть, — сухо ответил друид.

Я молча кивнула, вздохнув, и принялась вышагивать взад-вперед, изредка поглядывая на толпу. Что удивительно, хоть воинам ярла это и не нравилось, но теперь они встали между мной и людьми, защищая меня от них.

— А теперь все меня выслушают, — повысив голос, обратилась я к толпе. — Снорри, пожалуйста…

Мальчик кивнул и опустился передо мной на колени. Я осторожно забралась ему на плечи и он легко поднялся со мной верхом.

— Это вышло случайно. Все это понимают. Ибо никто не знал закона, кроме как друид. — я кивнула на Хьялдура. — И, тем не менее, это произошло. По закону я стала старостой деревни, что будет построена на этой земле.

— Здесь нет пахотных земель, — ворчливо прохрипел Кнуд.

— Пока нет, — уточнила я. — Со мной не только хитрость и жестокость.

— Кхм-кхм… — подал голос Куаннинг. Я взглянула на него, и он продолжил: — Ярл предоставляет вашей деревне пищу на ближайшую зиму, а также освобождение от налогов на два года.

— И что же ярл хочет взамен? — спросила я.

Куаннинг ухмыльнулся.

— Тебя.

— Чего?! — вздохнула я.

— Что?! — взревел Снорри, но успокоился, когда я погладила его по макушке.

Улыбка не слезала с лица Куаннинга. Было видно, что он доволен тем, что одержал пусть и маленькую, но победу. Пусть и не сам, но он смог подпортить мне мои планы.

— Ты можешь отказаться, — улыбаясь, он пожал плечами. — Но тогда мы увезем все зерно обратно.

Глядя на него сейчас, у меня в груди закипала злость. Я буквально слышала, как непроизвольно начала скрипеть зубами, потому что прекрасно понимала — отказаться я не могу.

— Что вообще это значит?! — возмущенно воскликнула я. — Зачем ему… я?!

— Взамен на благосклонность ярла ты пообещаешь, что выйдешь замуж за его сына, когда у тебя начнутся лунные крови.

— Лунные кро… Что..? — непонимающе протянула я.

Впрочем, до меня быстро дошло, что он имел в виду. Все мое лицо мгновенно покрылось краской. Наверное, сейчас я выглядела, как спелая ягода клюквы.

— И как это понимать?! — воскликнула я.