Голубые ангелы

Все эти дни миссис Дейли и региональный инспектор Дюпре работали не покладая рук, перебирая груды банковских документов, просматривая объемные досье о деятельности банка «Ньюген-Хэнд» и соприкасающихся с ним корпораций.[11]

Послышался вздох. Дюпре оглянулся. На диване лежала миссис Дейли. Она открыла глаза и села, поджав под себя ноги.

— Я, кажется, заснула?

— Ничего, я почти закончил.

— Я долго спала?

— Не очень. — Дюпре бросил взгляд на часы.

— Почему вы меня не разбудили?

— Не хотел.

— Это вы меня укрыли?

— Да.

— Вы работаете уже второй день не смыкая глаз. Отдохните хоть немного.

— Я отдыхаю. Просто вы этого не замечаете.

— Действительно. Я этого как-то не заметила.

— Честное слово, я отдыхал.

— Не лгите.

Шарль улыбнулся.

— Мы, кажется, ссоримся?

У Элен вспыхнули глаза.

— Еще нет, но, если вы будете так работать, мы обязательно поссоримся.

— Не беспокойтесь, я еще выдержу.

— А потом упадете. Ложитесь на мое место и постарайтесь уснуть. Вам надо отдохнуть.

— Нет, мне нужно просмотреть еще несколько документов, вот тогда и отдохну.

— Выпейте хотя бы кофе.

— С удовольствием.

— Я сейчас приготовлю. — Миссис Дейли встала с дивана и включила кофеварку.

Через несколько минут кофе был готов. Элен разлила его в две чашки.

— Пейте.

— Благодарю. Вы хорошо готовите кофе.

— Лучше, чем ваша жена? — В глазах координатора появились лукавые огоньки.

— Я не женат. — Шарль улыбнулся, разгадав нехитрую уловку.

— Странно. Сколько вам лет?

— Тридцать четыре.

— Вы выглядите моложе.

— Спасибо. Я об этом как-то не думал.

— И не были женаты?

— Нет.

— Почему?

— Не знаю. Наверное, не успел.

— Не успели?

— Женщинам не нравилось ждать. Миф о Пенелопе — всего лишь миф. Десять лет назад у меня была невеста, но я часто пропадал неделями, а то и месяцами — это, разумеется, никому не нравилось. И ей тоже, как и ее родителям. Она ждала-ждала, а потом вышла замуж за моего друга.

— Значит, не любила, — тихо сказала Элен.

— Значит, не любила, — согласился Шарль.

— И вы не жалели?

— Немножко.

— Ее?

— Себя.

Миссис Дейли промолчала. Шарль понимал, почему она спрашивает и почему он отвечает. Конечно, это было грубым нарушением одного из параграфов устава, запрещающего рассказывать о своей личной жизни. «Голубые» знали только свои легенды и легенды своих товарищей, на большее они просто не имели права. Но, проработав в организации не один год, Дюпре знал, что очень часто нарушается именно этот параграф устава.