Головоломка

Могу я задать вам несколько вопросов?

— О чем?

— Рамон Кастаньеда ваш брат?

— Да.

— Давайте отойдем и побеседуем.

— Куда?

— К столикам.

— Я играю.

— Игра подождет.

Кастаньеда пожал плечами. Один из мужчин на банкетке сказал:

— Иди, Пепе. Мы пока пивка пропустим.

— По сколько у нас еще бросков?

— По три, — ответил мужчина.

— Это надолго? — спросил детектива Кастаньеда.

— Вряд ли.

— Ну ладно, пошли.

Они подошли к бару в дальнем конце помещения. У музыкального автомата две молоденькие девушки в обтягивающих брюках выбирали следующую мелодию.

Мужчины уселись за один из столиков лицом друг к другу. Музыкальный автомат снова взорвался звуками. Фоном служил постоянный треск падающих кеглей.

— Что вы хотите узнать?

— У вашего брата есть партнер по имени Хосе Хуэрта, — начал Дельгадо.

— Правильно.

— Вы его знаете?

— Знаю.

— Вы знаете, что его сегодня утром избили?

— Да? Нет, не знаю. У вас есть сигареты? Я свои оставил там.

— Я не курю, — покачал головой детектив.

— Я тоже не курил. Но, вы знаете… — Кастаньеда пожал плечами, — одно бросаешь, другое цепляется.

Он улыбнулся. Улыбка широкая и заразительная. Пепе был всего года на три-четыре моложе Дельгадо, но сейчас вдруг стал похож на подростка.

— Я кололся раньше. Вы в курсе?

— Да, я слышал.

— Я бросил.

— Об этом я тоже слышал.

— Вы удивлены?

— Удивлен.

— Я тоже, — Кастаньеда снова улыбнулся.

Полицейский также ответил ему улыбкой.

— Ну, так что вы от меня хотите?

— Его здорово избили, — продолжал Дельгадо, — обе ноги сломаны, лицо, как котлета.

— Да вы что? А кто?

— Четверо мужчин.

— Надо же! — Пепе покачал головой.

— Прямо на крыльце его дома. Он шел в церковь.

— Да? А где он живет?

— На Южной Шестой.

— Ах, да! Точно! Напротив кондитерской, верно?

— Да. Я вот что хотел у вас спросить. Вашему брату кажется, что этих четверых попросили избить Хуэрту.

— Я вас не понимаю.

— Когда я спросил вашего брата, кто не любит Хуэрту, он сказал: «Любит — не любит, но бить его не станут».

— Ну, и что это значит?

— Это значит…

— Да ничего это не значит, — вдруг сказал Кастаньеда. — Это значит, что ваш брат считает, что Хуэрту избили по чьему-то поручению.

— С чего вы это взяли? Просто он так выразился, вот и все. Мой брат ничего не хотел этим сказать.

— Допустим, что хотел. Допустим на минуту, что кто-то хотел, чтобы Хуэрту избили по чьему-то поручению. И допустим этот кто-то попросил тех четверых оказать ему услугу.

— Ну, ладно, допустим.