Головоломка

— Вот как?

— Я выходила из булочной, было, наверное, около семи тридцати, и я увидела этих двоих. Они выбежали из-за угла. Я сначала подумала…

— Во что они были одеты, миссис Фаррадей?

— В черные плащи. И маски. На одном лицо девочки, на другом какой-то монстр, я о маске, конечно. Я не знаю, что за монстр. У них были пистолеты. У обоих. Но это все неважно, детектив.

— А что важно?

— Они сняли маски. Как только выскочили из-за угла, сразу сняли маски. Я их хорошо разглядела.

— Вы можете их описать?

— Конечно.

— Отлично, — Браун вынул блокнот, раскрыл его, достал ручку — он был одним из немногих детективов участка, все еще предпочитающих чернильные ручки шариковым, — снял колпачок и спросил:

— Они черные или белые, миссис Фаррадей?

— Белые, — ответила та.

— Возраст?

— Молодые люди.

— Насколько молодые? Двадцать? Тридцать?

— Нет-нет. Им за сорок. Я сказала молодые люди, а не мальчики, детектив.

— Высокие?

— Один вашего роста, очень крупный. У вас какой рост?

— Шесть-четыре.

— Один такой же.

— А другой?

— Намного ниже. Пять-восемь или девять, где-то так.

— Цвет волос заметили?

— Маленький — блондин. Высокий темноволос.

— Цвет глаз, случайно, не приметили?

— Они быстро пробежали, я не заметила.

— Шрамы? Татуировки? Родимые пятна?

— Нет, не видела.

— Оба бритые?

— То есть, были ли у них бороды и усы?

— Да, мэм.

— Нет, оба бритые.

— Вы говорите, они сняли маски сразу же, как появились из-за угла, правильно?

— Да, они их сорвали.

— Их ждала машина?

— Нет, детектив, по-моему, они были без машины.

Они бы так быстро не бежали, мне кажется. А вы как считаете?

— Я еще ничего не могу сказать, миссис Фаррадей. Вы не могли бы мне показать булочную?

— Конечно, она сразу за углом.

Полицейский со старушкой вышли из магазина. Патрульный у входа обратился к Брауну:

— Вы не знаете, когда меня сменят, сэр?

— А что?

— Да тут недоразумение, по-моему. Это даже не мой квартал.

— А где твой квартал?

— На Гровер-авеню, у парка.

— А здесь ты что делаешь?"

"— Так вот же.

Я взял одного парня — он взламывал дверцу у «мерседеса» на Южной Второй — и привел его в участок. Когда я его сдал, было где-то семь пятнадцать, я вышел на улицу. Мимо ехали Нили и О'Хара в патрульной машине и подобрали меня, чтобы подвезти. По дороге по радио объявили тревогу, мы — сюда, а тут шум, свалка, Паркера ведь подстрелили. Нили и О'Хара рванули на угол Девятой-Тринадцатой, а сержант приказал мне остаться здесь у дверей. Ну вот, я и торчу здесь все утро.