Голубая звезда

Лука впереди, с пистолетом на изготовку, за ней, шаг в шаг, Крис, держась за ее плечо. Убедившись, что в кабинете никого нет, Крис направилась к рабочему столу. Один из брезентовых тентов, которыми пользовались во время ремонта, преграждал доступ к ящикам. Под ним было что-то большое. У Крис заколотилось сердце.

Лука дотронулась до брезента носком своего ботинка.

— Крис, отойди. — Она нагнулась и, выставив вперед пистолет, отдернула тент.

Крис закричала, увидев Джерона, с неестественно выпученными глазами и синими губами, застывшими в жуткой гримасе боли.

— Господи! — она закрыла лицо руками, но перед глазами так и стояло его лицо, навечно врезавшееся в память.

— Ты его знаешь? — мягко спросила Лука.

— Это Джерон. Рабочий… — Крис передернуло, ее мучили головокружение и тошнота. — Он был доверенным лицом моего дяди.

— Мне очень жаль. Судя по его виду, убили его или прошлой ночью, или сегодня рано утром.

Крис сделала пару шагов в сторону, ноги у нее подкашивались. Она едва доковыляла до ближайшего кресла и, бессильно упав в него, опустила голову.

— Когда же это все закончится?

— Сегодня, — сказала Лука. — Все закончится сегодня. И с завтрашнего дня жизнь пойдет в привычном русле.

Они ждали Мишу. Крис так и сидела, покачиваясь взад-вперед. И кроме слабого тиканья дедушкиных часов, доносившегося из соседней комнаты, не было ни звука, пока к дому не подъехала машина.

— Я сейчас вернусь. — Лука удалилась, оставляя Крис наедине с Джероном.

Аллегро гнала к особняку, как могла, а на сердце её становилось тяжелее с каждым оставленным позади километром.

Домино ввела Аллегро в курс дела и рассказала о находке в кабинете.

— Он мертв, — с трудом проговорила Крис сквозь рыдания.

— Я знаю, — сказала Аллегро. — Он был замечательным человеком. Не заслужил он такого.

Крис вытерла глаза и посмотрела на Аллегро. — Мне так страшно.

— Больше тебе нечего бояться.