Голод 2

- Прошу вас… - к счастью мой голос был тверд и спокоен, как того и требовалось, но моя душа…она по прежнему была в агонии, пока две высокие мощные фигуры заполняли собой дверное пространство, осторожно проходя внутрь кабинета.

Я ожидал, пока они привыкнут к необычной обстановке, давая возможность осмотреться, прежде чем заговорил снова:

- Вы можете присесть, где вам будет удобнее.

У противоположной стены стоял удобный диван, освещенный мягким приглушенным светом, куда опустился Генри, вскинув голову и всматриваясь туда, где был я.

Пот снова выступил на моем лице, когда я пытался успокоить свою дрожь, отчетливо понимая, что Генри не мог видеть в темноте и рассмотреть мое лицо, как не мог этого сделать никто до него. Но его глаза….теперь я видел их так отчетливо и близко. Он был больше нас с Ричем похож на нашего отца…

Синие-синие, глубокие, мудрые и печальные глаза, в которых не было паники или тумана. Но было много боли и невысказанных страданий.

- Док, спасибо огромное, что согласились принять нас в срочном порядке!

Ник не занял места рядом с Генри, неожиданно прошагав вперед, и, остановившись прямо у края стола, протянул свою руку.

Он смотрел прямо на меня, словно чувствуя, на каком уровне может находиться мое лицо. И я протянул свою в ответ, сожалея лишь о том, что не мог почувствовать его крепкого рукопожатия.

- Рич никогда не рассказывал о вас, но я хочу, чтобы вы знали, что друг моего друга – мой друг!

Ник хлопнул себя ладонью в область груди той рукой, которой только что жал мою руку, заставив меня искренне улыбнуться в темноте.

Не прав был тот, кто говорил, что эра героев и истинных викингов давно прошла!

Потому что один из них стоял прямо передо мной – искренний, чистый, сильный, бесстрашный и верный. Небо благословило моих братьев, подарив им такого друга.

- Я – Ник. Николас Холлидей, - мужчина быстро плюхнулся на стул возле моего стола, повернув его так, чтобы видеть в пол оборота Генри, что заставило меня нахмурится, - и…нам нужна помощь…"

"Когда он сконфуженно замолчал, глядя на Генри глазами, в которых была одна лишь тревога, я понял, что в этой истории слишком много подводных камней…

- Мистер Ричардсон, - тихо обратился к брату, наблюдая, как тот поднял голову, снова глядя на меня, - как я могу обращаться к вам?.

..

- Генри…мое имя Генри, - тихо ответил брат, не видя моего волнения, оттого, что впервые я произношу его имя, обращаясь к нему лично, а не своим детским мечтам.

- Генри, вы любите музыку?...