Голод 2

Видит бог, я переругался со всеми этими тупоголовыми секретаршами, которые даже не пытаются понять, что мой брат стоит на краю пропасти, пока они вправляют мозги этим курицам, помешанным на сериалах!

Психиатр….

Мой брат стоит на краю пропасти…

Ник говорил что-то еще, начав жестикулировать руками и иногда бить кулаком диван, когда я залез в карман пиджака, протянув ему визитку, надеясь, что он не обратит внимания, как сильно дрожит моя рука. И на перчатку.

Ник нахмурился, когда протянул руку, тут же углубившись в то, что было написано на маленьком темном прямоугольнике, но когда его лицо расцвело от неожиданной улыбки, я был готов рухнуть рядом с ним на диван, чуть покачнувшись.

- Матерь божья! Психиатр! Твой друг?

Тяжело сглотнув, я снова лишь кивнул, глядя, как голубые глаза начинают снова призрачно сиять, наполняясь надеждой.

- И ты сможешь с ним договориться, чтобы он принял нашего Генри?

На мой очередной кивок, Ник подскочил с дивана, как ужаленный, и я снова оказался в его крепких дружеских объятьях, чувствуя, как его ладони легли на мою скованную спину.

Я не знаю почему я обнял его в ответ, брат моих братьев – мой брат.

- Слушай, скажи, что мы заплатим любую сумму за срочность, только, пожалуйста, пусть он примет его как можно быстрее! Я боюсь за крепыша!

- Позвони ему сегодня же. Я все решу, - приглушенно проговорил я в плечо Ника, чувствуя, как его ладони легко похлопали меня по спине.

Когда за моей спиной снова распахнулась дверь, я услышал незнакомый женский голос:

- Доктор Холлидей, операционная готова, пациент прибудет через пару минут.

- Хорошо, Селена, уже иду.

Ник отпустил меня, продолжая широко улыбаться, и помахал моей визиткой:

- Позвоню ему сразу же, как только выйду из операционной!

Но сделав лишь шаг к двери, остановился, обернувшись ко мне и вернувшись снова, чтобы положить свои ладони на мои плечи, заглядывая в глаза серьезно и умоляюще:

- Обещай, что ты вернешься…и что клуб не очернит твою кровь снова.

- Не оставлю, - кивнул я с полной серьезностью, на что Ник чуть улыбнулся, кивнув, и скрылся за дверью операционной.

Я не знал, что происходит с моими братьями.

Не знал, насколько это серьезно и страшно, но одно я знал точно - я не оставлю их.

Я не помнил, как спустился в лифте на первый этаж.