Гнездо Седого Ворона

Из услышанного товарищ Светлый Рыцарь не понял ни слова, но, пожалуй, готов был отдать половину причитающихся патронов, чтобы обладать теми необычайными знаниями, которыми владел его проводник.

— Ступай за мной, — тем временем скомандовал тот. — Здесь недалеко.

— Где мы?

— Глупый вопрос, Лешага. Под Трактиром.

— Но ведь не Трактирщик и не ты построил это?

— Нет, задолго до нас. Пока не настал Тот День, здесь был замаскированный командный пункт. Тут по берегу проходила целая оборонительная линия. Кстати, Лысые Камни, около которых находится твое жилище, — лишь верхушки долговременных огневых точек.

Когда-то они контролировали переправы. А здесь, — он указал вперед, — находился штаб огромного укрепрайона.

— Откуда тебе известно?

— Читал дневник одного из тех, кто находился здесь в Тот День. Могу дать почитать, если хочешь. Там много интересного.

Хранитель Знаний остановился перед массивной дверью со штурвалом. Она была приоткрыта, и Леха прикинул, что, пожалуй, без помощи Бурого едва ли смог бы отодвинуть такую железную громаду.

При мысли о побратиме глухо заныло сердце.

— Вот мы и у цели. — Библиотекарь вошел в помещение, заставленное столами, поверх которых громоздились непонятного вида ящики с застекленными окнами.

— Что это? — глядя на странные приспособления, спросил ученик Старого Бирюка.

— До Того Дня в этом месте была огромная библиотека. Каждая такая штука хранила книг больше, чем ты когда-либо видел.

Воин с недоумением поглядел на ящики. Они были от силы в ладонь толщиной.

Старик, похоже, опять нес какую-то нелепицу. Он вспомнил библиотеку Декана, да и здешнюю, во все эти застекленные коробки нельзя было запихнуть и десятой части, как мудрено говаривал сам хозяин книжной сокровищницы, единиц хранения. Но тот, кажется, вовсе не собирался обсуждать с ним эти чудеса. Хранитель Знаний подошел к одному из столов и взял ярко раскрашенный лист бумаги.

«Карта», — догадался бывший страж. Прежде ему доводилось иметь дело с самодельными кроками — памятными рисунками, которые делали для себя караванщики, пускаясь в дальний путь.

На большом листе выделанного из телячьей шкуры пергамента изображались места, удобные для стоянок, источники, отмечались броды на реках и многое другое, что могло пригодиться в пути. Конечно, подобную информацию всегда было лучше хранить в голове, но были такие, кто составлял подобные кроки.

Так вот, как говаривал наставник, кроки — лишь слабое подобие карты.