Гнев ангелов

Газетчики обступили Дженнифер, засыпая ее вопросами.

– Что вы чувствуете, победив окружного прокурора?

– Вы были заранее уверены в победе?

– Что бы вы предприняли, если бы Уилсона отправили на электрический стул?

Дженнифер лишь молча покачала головой в ответ. Ей не хотелось разговаривать с ними. Они пришли сюда на спектакль, полюбоваться, как человека лишат права на жизнь. Если бы присяжные вынесли другой вердикт... Ей не хотелось даже думать об этом. Дженнифер принялась складывать бумаги в портфель.

К ней подошел секретарь суда:

– Судья Уолдман просит, чтобы вы прошли в его кабинет, мисс Паркер.

Она совсем забыла, что ее должны наказать за неуважение к суду, но теперь это было не важно. Самое главное – она спасла жизнь Абрахаму Уилсону.

Дженнифер посмотрела на стол обвинения. Окружной прокурор Ди Сильва запихивал бумаги в атташе-кейс, рыча на своих помощников. Он поднял голову, и их глаза встретились. Его взгляд был красноречивее всяких слов.

* * *Судья Лоренс Уолдман сидел за столом, когда Дженнифер вошла в его кабинет.

– Садитесь, мисс Паркер, – коротко сказал он.

Дженнифер села.

– Я никому не позволю превращать суд в цирковое представление.

Дженнифер покраснела:

– Я просто споткнулась. Просто невозможно...

Судья Уолдман остановил ее жестом руки:

– Не надо, ради Бога.

Дженнифер сжала губы.

– Я также не терплю наглости.

Дженнифер устало смотрела на него, не говоря ни слова.

– Сегодня вы перешли все границы дозволенного. Я понимаю, что вы стремились спасти человеческую жизнь.

– Спасибо, ваша честь, – с трудом произнесла Дженнифер.

С бесстрастным лицом судья Уолдман продолжал:

– Почти всегда, когда выносится приговор, я знаю, свершилось правосудие или нет. Сейчас у меня такой уверенности нет.

Дженнифер ждала, что он скажет что-нибудь еще.

– Это все, мисс Паркер.

* * *В тот день телевизионные выпуски новостей и первые страницы вечерних выпусков газет снова были посвящены Дженнифер Паркер, только на этот раз она была героиней.

Кен Бэйли пригласил ее отпраздновать это событие в «Лучо», где ее узнали метрдотель и многие посетители. Незнакомые люди называли ее по имени и поздравляли.