Глубокое озеро Чар

Посветив вниз, Яшка спрыгнула первая, а я за ней, надеясь на то, что не переломаю свои красивые конечности, выполняя такие ""этюды"".

В могиле пахло глиной и сыростью, а земля под ногами была мягкой и пористой, похожая на ил возле берега. Подсвечивая себе дорогу, мы пошли вперёд, слыша дыхание друг друга и шорох осыпающейся сверху земли.

Пещера так и стояла нетронутой, храня свои сокровища и белые от времени скелеты. Золото тускло блестело под светом фонарика, драгоценные камни поблескивали, похожие на кристаллы разноцветного льда, и Яшка задышала чаще, видимо, прокручивая в голове все блага, которые можно было приобрести за эти богатства.

"- Ну что, бери кость и пошли! - поторопила я её, и Яшка, порывшись за пазухой, извлекла оттуда огромную сумку в клетку:

- Сейчас!

- Ты зачем этот чувал взяла??? - я с изумлением наблюдала, как она разворачивает её и расстёгивает молнию.

- Мы даже не посмотрели в книге, какую кость нужно! - зашептала она, встряхивая сумку с громким хлопаньем. - Возьмём все!

- Эээ! Ты о чем?! - я заволновалась.

- Да не волнуйся ты так! - Яшка двинулась в сторону ближайшего скелета. - Сейчас этого парня возьмём и все.

- Всего?!

- А что? Он же легенький...

Я с открытым ртом наблюдала как она пакует скелет в сумку и прихватывает жменю монет.

- Яшка, нельзя! Это проклятое богатство! - попыталась я её образумить, но она отмахнулась от меня и зачерпнула ещё и горсть камней:

- Достали эти проклятия! Одно, другое... А моральной компенсации никакой!

Подхватив сумку, она направилась к выходу и, обернувшись, спросила:

- Что, тут останешься?

- Конечно!

Мы вернулись к дыре и, взобравшись на меня, эта мелкая ватрушка, выбралась наружу, кряхтя и повизгивая как молочный поросенок.

- Акакия давай!

- Кого?! - я пыталась рассмотреть её лицо. - Какого ещё Акакия?!

- Скелет, Танька! - рявкнула она. - Я ему имя дала! Он же ведь тоже человеком был!

- Дурдом... - я подала ей сумку с Акакием, а потом, уперевшись ногой в выступ на стене, схватилась за её руку: - Тащи давай!

Минут через пять ужасных мучений, я оказалась наверху и услышала как стонет Янина Сергеевна:

- Жрать ты много, Танечка, стала.

- Знаешь что! - я отряхнула грязь с дождевика. - Тоже мне, худышка выискалась!

- А что...я вообще-то, на диете, - деловито пробурчала Яшка, проверяя свою ношу.