Благие намерения

Асклепиада Александриди усиленно рекомендовала дочь как хорошего специалиста, Аэлла, со своей стороны, изо всех сил старалась не допускать ошибок и делать все тщательно и грамотно, не забывала консультироваться с матерью, и в итоге к тридцати годам, сделав несколько весьма удачных подтяжек публичным лицам, исправив носы двум грузинским киноактрисам и приведя в порядок после автокатастрофы лицо жены известного писателя, стала ведущим специалистом Института красоты, на прием к которому попасть не так-то легко.

После свадьбы Любы и Родислава, одиннадцать лет назад, Аэлла несколько раз звонила Любе, интересовалась, как у нее дела, как семейная жизнь, предлагала помощь, если нужно, потом пропала на несколько лет, а после возвращения из Марокко и развода со вторым мужем снова объявилась и начала звонить уже регулярно, примерно раз в два месяца забегая в гости. Желая сделать ей приятное, Люба к ее приходу всегда надевала подаренный Аэллой на свадьбу браслет и видела, что Аэлла его заметила.

Из своей личной жизни Аэлла никогда особой тайны не делала, любовников приводила к Романовым совершенно открыто, поэтому Люба удивилась, когда Тамара сообщила, что у Аэллы появился новый ухажер, о котором она ничего не сказала Любе.

– Может, там пока ничего серьезного, просто отношения на стадии легкого флирта. Цветы, конфеты и все такое, – предположила Люба.

– Ну да, конечно, – с усмешкой произнесла Тамара, – особенно если принять во внимание, как он на нее смотрел и как они целовались, когда наша Аэлла села к нему в машину.

– За него не волнуйся, – ответил Родислав, – у него все хорошо.