Благие намерения

Получается, что это бабушка рассказала папе… Зачем? Неужели ему это было интересно? И неужели он столько лет держал это в голове и не забыл? Видно, не зря он стал таким большим начальником, он действительно необыкновенный."

"Народу на свадьбу пригласили изрядно: школьные и институтские друзья Любы и Родислава, друзья и родственники Головиных и Клары Степановны, и Анна Серафимовна позвала двух своих самых задушевных приятельниц с мужьями. И разумеется, в списке приглашенных числились Аэлла Александриди и ее новоиспеченный муж.

* * *В день свадьбы с самого утра на Родислава навалилось «это». Он плохо соображал, что нужно делать, что надевать, куда идти. Клара Степановна хлопотала вокруг него, то и дело раздражаясь от его неловкости и несообразительности, а Родик мечтал только об одном: чтобы рядом поскорее оказалась Люба, которой можно не стесняться, которая поможет и поддержит.

Наконец Люба появилась, и Родика немного отпустило.

– Я ужасно волнуюсь, – признался он по дороге в ЗАГС.

– Не бойся, – дрожащим голосом ответила Люба, – я тоже волнуюсь. Вдвоем не страшно.

Она держала его за руку все время, до самого окончания торжественной церемонии. Родислав так нервничал, что никак не мог надеть ей на палец кольцо, и кончилось все тем, что Люба ловко, так, что никто и не заметил, взяла у него кольцо и надела сама.

Потом у него схватило живот. То ли он съел на завтрак что-то не то, то ли «это» стало проявляться, помимо тошноты, еще и поносом, но всю дорогу от ЗАГСа до дома Родислав сидел в машине, сжавшись в комок, и боялся, что с ним случится позор, от которого он никогда в жизни не отмоется.

– Как только придем домой, сразу выпей водки, – тихонько посоветовала Люба. – Это очень хорошо помогает.

Она не ошиблась, три больших глотка водки через несколько минут привели в порядок нервы, тошнота и позывы прекратились, но вздулся и страшно разболелся живот. Спазмы скручивали несчастного жениха с такой силой, что впору было сгибаться пополам.