Гладиатор. Книга 2

Присутствие этого дроида совсем не вызвало удивления, еще бы, при таких размерах судна это уже становится не роскошью, а необходимостью. Удивила бутылка бледно-розового вина, и откуда Первый ее надыбал? Похоже в его закромах еще много чего есть, надо бы затребовать полный список, но... лень, пусть будет сюрпризом. Теперь остается только дождаться мою гостью.

Конец фрагмента

19     глава.

Вот тебе и поговорили, давненько я не исполнял роль жилетки. В общем почти три часа слез и жалоб на жизнь, требований и обвинений в черствости, мистических восторгов и слепой веры.

Ну в принципе, девочку понять можно, как она выразилась «гостья в собственном теле». После всех этих ее рассказов возникло не передаваемое ощущение грязи и нечистот, захотелось пойти и вымыться, смыть с себя всю эту мерзость. Когда просматриваешь тоже самое на экране, или слушаешь в докладах ИскИна, как-то это выглядит совсем по-другому, вроде тебя это не касается, вроде это где-то далеко, в другом мире, это все выдумки, а то и вовсе кино, театр. Но нет, жизнь она оказывается бывает и такой, по горло в дерьме, а кто-то еще и заставляет приседать.

После такой эмоциональной встряски, литровая бутыль вина ушла «за боже ж мой», а душа еще просила, вот во мне и проснулся доморощенный хакер. Сломать мозги простому корабельному синтезатору пищи оказалось не так и тяжело, после чего на столе появилась, она родная, чистая как слеза, ее же и вышибающая. В общем вечер закончился именно так, как и предсказывал Первый, то есть в кровати.

Не знаю кому это в тот момент надо было больше, мне или Арии, но на утро мы договорились все происшедшее считать нашими фантазиями и нигде и никогда не упоминать. Но и на этом сюрпризы не закончились. Помните я говорил о подарках, оставленных сознанием Дамон? Вот один из них и проявился. Мне почему-то очень захотелось знать сдержит ли девушка свое обещание, я вспомнил все уроки, преподанные мне Астрамаэлем и попытался увидеть ее ауру. Ярко зеленый ореол вокруг тела девушки дал мне понять, что я на верном пути, мысленно потянувшись к ней я вдруг осознал, что могу свободно воздействовать не только на саму ауру, но и на Арию, на ее сознание. Я мог дать ей часть своей ментальной силы, а мог и забрать ее у нее, мог одним движением мысли превратить ее в свою вечную рабу, но мог и осчастливить до скончания ее дней. Эти проснувшиеся во мне способности ужасали и привлекали одновременно.