Гимн шута – 6

Попавшиеся на такой схеме Главы тут же забудут обо всех договоренностях, и перейдут к плану «каждый сам за себя».

— Риск имеется, — без каких либо эмоций согласился Демид Николаевич.

«Риск!» — поразился формулировке Лев Демидович, откинувшись на спинку гостевого кресла в кабинете Главы. Как-то слишком мягко сказано. И дело даже не в Виктории.

Воевода перевел взгляд на экран, занявший едва ли не полстены в кабинете отца. Бездушная техника отобразила застывшие лица Светланы и Павла Волконских. Девушка была явно чуть смущена, но при том решительна и безгранично уверена в своей правоте.

Мужчина перевел взгляд на отца. Тот задумчиво изучал сына. Напоминать старшему родичу о том, что совсем недавно некий юноша очень показательно продемонстрировал, ЧТО именно случается с теми, кто пытается лезть во внутренние дела рода… И теперь практически в той же роли агента влияния выступает его дочь.

— Отец, мы уже за прошлые наши… столкновения расплатились? — негромко выдохнул мужчина.

На провокационный вопрос Глава не отреагировал никак.

— В этот раз мы планируем заработать, — негромко сообщил он. — Игорь — человек разумный. Он прекрасно понимает, что половина чего-то куда лучше, чем сто процентов ничего.

Вот теперь Лев Демидович напрягся еще сильнее.

— То есть, это игра не клана, а Главы? — чуть тише спросил он.

Разница была огромна. Если есть официальное соглашение о сотрудничестве с кланом, то проблем… Нет, полностью их исключить нельзя.

Клан — это система сдержек и противовесов. За ТАКИЕ игры головы нынешних Председателей полетят с обеих сторон. Просто потому что каждый родич Юсуповых и Волконских задастся одним простым вопросом: «А не буду ли я следующим⁈». Есть такие джины, которых из бутылок лучше не выпускать. Загнать их обратно если и можно, то очень дорогой ценой.

В общем, воеводе идея не понравилась. Однако подчиненное положение и выбора не оставляло. Клан всегда шел за вожаком. Его решения выполнялись без обсуждений. Единственный способ их оспорить — бросить вызов Главе и занять его места. Другого варианта не было.

«Прости, Игнат!» — мысленно повинился перед сыном Балтийский Лев.

— Речь идет о нашей личной договоренности с Игорем, — коротко ответил Глава, ничуть тем не смутившись.