Гимн шута – 4

— Я сам буду обращаться к «усбэшникам». Этот щенок улики портит! И вообще препятствует расследованию!

Волконский особо внимания на крикуна не обратил. Парень уже очень давно понял, что если будет доказывать «свою значимость» хотя бы каждому десятому, то в этой жизни у него времени больше ничего не останется.

— Щенок, да ты вообще понимаешь, с кем говоришь⁈ А ну, иди сюда!..

— Оп, — на автомате среагировал клановец, уходя в сторону от тянущейся к нему руки. — Не рекомендую!

— Да ты что о себе возомнил⁈

На это Павел отвечать не стал.

Лишь указал в сторону Ирины, все так же продолжавшей осваивать профессию оператора.

— Я не давал разрешения себя снимать! — взревел майор, найдя для себя новую цель.

— Ага, — равнодушно согласилась Романова.

Уточнять, что она и не спрашивала, девушка не стала.

— Убери камеру! — потребовал тот. — Не снимай!

— Неа!

— Я запрещаю! — тут же взбеленился майор.

— А вот закон совсем не против, — пожала плечами девушка. — Конституция империи гарантирует мне право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Напомню, что деятельность полиции является открытой для общества в той мере, в какой не противоречит требованиям законодательства империи об уголовном судопроизводстве, о производстве по делам об административных правонарушениях, об оперативно-разыскной деятельности, о защите государственной и иной охраняемой законом тайны. Вы, госопдин майор, такой таинственный?

На это так и не представившийся (или Павел этот момент просто упустил) офицер только покраснел и…

— А вот этого не надо! — пригрозила пальчиком явно развеселившаяся Романова попытавшемуся дотянуться до камеры поросенку.

Тот явно настроился на следующую попытку.

— Ну, майо-о-о-о-ор! — с какой-то жалостью в голосе протянула Романова. — Вы серьезно полагаете, что запись сохраняется на комм? Она уже в Сети. На моем облаке. Ну заберете вы устройство… Так тем больше поводов для вопросов к вам со стороны УСБ будет!

Крикун покраснел не хуже помидора.

На какой-то миг клановец даже всерьез задумался, не стоит ли вызвать скорую. Все-таки явно отягчающие факторы на лицо: ожирение, следы всех пороков на челе, явная отдышка… Как бы сердечко-то не прихватило.

— Кто такая? — тяжело выдохнул он, кое-как справившись с эмоциями.

— Старший лейтенант Романова. Ирина Витальевна, — хмыкнула девушка.

И даже удостоверение предоставить изволила.